Сказки на ночь. Сборник новелл

Виктор сразу почувствовал эту перемену ее настроения и начал выпытывать, что не так.

– Да все так, просто я вдруг подумала, а что, если я буду плохой матерью?

– Почему? – не понял он.

– Ну, не справлюсь, буду злиться, ругать его, а он будет злиться на меня и ненавидеть, за то, что я его не понимаю.

– Не знаю, я на свою никогда не злился, хотя она меня иногда ругала, – честно сказал он. – Она поругается, поругается, а потом подойдет и в макушку – чмок! Я ведь понимал – она же не со зла. Просто я дурной был, то штаны новые порву, то с мальчишками купаться уйду, ей не сказав, а она меня по всему городу разыскивает.

Один раз даже в милицию забрали – мы с пацанами по стройке лазили, а охрана наряд вызвала. Нас потом родителям под расписку выдавали.

Хорошие были разговоры, полезные. Только оказалось, что про себя ей почти нечего и рассказать. Что толку, что в Москве живет, театры и кино на каждом углу. Нигде не бывает, ничего, кроме работы, не видит. Крутится, как белка в колесе, дом – работа – опять дом.

Вот и весь интерес. И нельзя даже все валить на мать. Она, конечно, внесла свою лепту в это беличье колесо, но ведь Света даже и не пыталась вырваться из этого круговорота, просто жила так и жалела себя. И только сейчас это поняла.

В конце мая Маша получила от подруги смс-ку «Готовь дом к приезду гостей». Ни Маша, ни Алексей не знали, состоялась ли встреча их друзей: Виктор скромно молчал, Света тоже была, как партизан. Значит, все-таки состоялась. Маша вошла в дом и молча показала смс-ку мужу.

– Та-а-а-к! Нормально! Пошли, посмотрим, что можно сделать с этим твоим жильем, – предложил он.

Кроме предполагаемого визита Светы с Виктором, намечались еще одни гости – летом возвращались из Японии Саша с Катей и мальчишками. Такую ораву в доме не разместишь, так что гостевой дом был для них не роскошью, а необходимостью.

С того самого первого злополучного дня Маша там ни разу не была – не было ни потребности, ни желания. Она смутно помнила темные комнаты, забитые мебелью, и холод, пробирающий до костей.

Больше ничего вспоминать не хотелось.

Дом был небольшой, одноэтажный, обшит вагонкой, покрашен краской, которая когда-то была желтой, а сейчас облупилась, и под ней открывались серые доски. Не то, чтобы дом смотрелся безобразно, он стоял ровно, трещин в фундаменте не было, но косметического ремонта требовал. Алексей обошел его со всех сторон, что-то померил, записал в блокнот, посчитал количество окон.