Не зови волка

Чудовище реагирует на свет.

Они разбили фонари, и во мраке блеснули осколки стекла. Подвал погрузился в темноту.

– Вперед, – настойчиво прошептал доктор Рыбак. – Мы не можем здесь оставаться.

Снова раздалось тихое, низкое поскуливание. Шепот василиска проникал в уши Лукаша, эхом отдаваясь у него в голове. Монстр снова мягко вздохнул.

В темном подвале не осталось ничего, кроме огромных теней, отбрасываемых бочками, и их собственного тяжелого дыхания. Все казалось бесполезным: василиск все равно учует их по запаху.

– Нам нужно спрятаться, – прошептал доктор Рыбак.

– Мы должны убить монстра, – огрызнулся Генрик.

Лукаш сжал рукоять меча.

– Вы, может, и разбираетесь в драконах, – язвительно прошептал неестествовед, – но я разбираюсь в других чудовищах. Вы должны прислушаться ко мне.

– Генрик, он прав, – заметил Францишек, когда они спрятались за одной из бочек.

– Ох, да ладно… – начал Лукаш.

Недалеко послышался глухой стук. Лукаш понял, что это были тяжелые змеиные кольца, ударившиеся о землю, и вдруг почувствовал себя нехорошо.

– Так, нам необходимо спрятаться, – скомандовал Генрик. – Всем нам…

– Но где? – прошептал Францишек.

Лукаш поднялся на ноги, чтобы выглянуть из-за бочки, и ударился плечом о холодный металл.

– Чертова петля, – пробормотал он, поморщившись от боли.

Что-то приближалось к ним из темноты, и Францишек поднял руку над головой.

– Это не петля, – сказал он. – Это засов.

Он дернул металлическую задвижку, когда совсем рядом с ними раздалось шипение. Ко всеобщему облегчению, дверца медленно открылась. На каменный пол полилось вино, и Лукаш закашлялся от сладкого запаха браги. Шелест змеиной чешуи становился все громче.

– Забирайтесь внутрь, – сказал доктор Рыбак.

Кто-то положил руку Лукашу на плечо и втолкнул его в бочку.

Дверь закрылась, и они оказались в непроглядном мраке. Остатки вина заливали их сапоги, а острый запах перебродивших фруктов казался невыносимым. Внутри бочки было липко и тепло. Лукаш обычно надеялся, что не закончит в желудке у дракона, но готов был поспорить, что, если такое произойдет, ощущения будут примерно такими же. Вдруг кто-то ударил его прямо по больному колену.