Ах, эта проза Жизни!

Она вспомнила, как тогда ощущала себя птицей, попавшей в ловушку и не умеющей выбраться из нее без посторонней помощи.

Нет, сейчас ей уже не нужен был кто-то, кто пришел бы и открыл окно, чтобы выпустить ее, птицу, попавшую в плен – на волю. Она поняла – ей самой надо было сделать это. И она уже сделала это. В уходящем году.

Да, теперь она знала, что всегда могла сделать это сама.

Она даже могла не попадать и в ловушку. Тогда. Она могла.

Теперь она знает это.

Так начинался для нее Новый, её пятый год Обезьяны.

С Новым Годом!

3.

Я с удовольствием потянулась. Запрокинула голову и снизу вверх, задом наперед посмотрела на окно. Там, за окном, занавешенным причудливой прозрачной занавеской, сияло декабрьское, яркое-яркое, но холодное-холодное еще солнце. Снизу мне было видно и синее, нет – ярко-голубое, зимнее небо без единого облачка, тонкие голые ветки ярко-белых в черную крапинку березок и, блестящие от потоков солнечного света, окна домов напротив.

«Хорошо-то как. Солнце.

Небо. Жизнь. Сейчас встану, пойду на кухню. Сделаю себе ароматного черного кофе с топленым молоком… Нет, сначала – киви, тоненькими пластиночками веером на тарелочке, посыпанные сахарком, сверху веерочек яблочек, и по ним – узорчатый слой белой сметанной помадки. Хрустящие подушечки из пшеничных отрубей с корицей и клюквой. А уж потом – кофе с молоком и с маковыми и изюмными сухариками. Полный кайф!»

Я засмеялась почти вслух над собой – так живо и натурально нарисовала себе всю эту картинку: тут же почувствовала и вкус яблок, и киви с сахарком, и хруст таящих во рту подушечек из отрубей… легко вдохнула аромат дымящегося черного кофе.

Нелепо и смешно мне было наблюдать за собственными желаниями – желаниями моего тела.

«Надо же, до чего я дошла – есть не хочу, одно удовольствие получать хочу».

Я подумала так и поняла, что и в самом деле, есть давно уже не хочу ради «поесть», а вот получить удовольствие… это совсем другое дело. Я услышала саму себя, каким тоном произнесла эту последнюю фразу и осознала вдруг, что это голос и интонация моего сына, который очень хорошо пересказывал в детстве, да и сейчас мог это сделать, мультфильм про медвежат, подражая интонациям героя, и особенно – эту самую фразу:

– Ну, если бу-у-угэый… тогда совсем другое дело.

Он всегда это делал с удовольствием и сам при этом весело смеялся: сразу было видно, как ему нравятся герои этого мультфильма.

Я тоже засмеялась, теперь уже вслух и громко.