Спички медленно тлеют во тьме. Сборник рассказов

Но я знал одно: Паша всегда был умнее меня, и у него всегда была выполнена домашка. С одной стороны – это мелочь, странное глупое детское наблюдение. Я и представить себе не мог, сколько в человеке живой энергии, сколько в нем силы воли и сколько духа, чтобы после весёлой и загульной тусовки садиться и делать то, что потребуется завтра в школе. Это всё фигня, думал я в пятнадцать, но сейчас я понимаю, что из таких мелочей закаляется внутренний стержень и формируется человек, каким мне стать не удалось, даже под старость лет.

В одно апрельское утро я, как и всегда, стоял на остановке и ждал свой школьный автобус. Учился я в элитной школе и учился отнюдь не прекрасно. Я искренне не понимал, что я там забыл. Но раз родители платят, могу и походить. И вот стоял я, ждал автобус, потирая заспанные глаза и иногда позёвывая, а вокруг никого, только иногда проедут одна-две машины и всё, тишина. Посмотрел на часы в телефоне: 8.35, глянул на дорогу и всё равно ничего не едет. А на улице зябко так. Думаю: «Ладно, подожду ещё немного, если ничего не приедет, свалю домой спать» Но вдруг из-за угла выплывает мною «обожаемый» автобус, хотя, конечно, похож он был на ведро с болтами.

Завидев меня, он тут же остановился, и я зашёл.

Внутри было тепло, а в воздухе витал какой-то довольно резкий запах. Как сейчас помню его, он будто бы разъедал ноздри изнутри. Это были её духи. Она сидела позади всех, слушала в наушниках музыку и мечтательно смотрела в окно, будто ожидая чего-то. Я её уже где-то видел, но не в школе, нет.

Кажется, она была на общей тусовке у Вадима, а хотя… Не помню. Чем ближе я приближался к ней, тем больше представлял ее сверху :

–Приветик, красотка, я упаду рядом?

Она с осторожностью посмотрит на меня, но деваться некуда – разрешит присесть рядом. Я сяду к ней вплотную, повернусь и буду на ухо шептать непристойности.

И вот до неё остаётся всего пара шагов, две секунды до искры между нами, она окидывает меня томным взглядом: немножко призрения, щепотка ангельского величия и еще чуть – чуть наивности – и вот идеальный рецепт оружия массового поражения.

И я убит, валюсь замертво одернутый кем – то за рукав куртки близ стоявшего сидения, и снова между нами пропасть. Обернувшись, я увидел заливающегося звонким хрустальным смехом Пашу:

– Круто я, да? – сквозь смех, спросил он.

– Ну, да-да, приколист ещё тот, – ответил я, оглядывая взбудораженный автобус. Я и не заметил, что успел поднять такой шум.