Дьяволенок Леонардо. Рассказы и эссе

Посмотри, это же ясно.

Мирра еще раз взглянула – и согласилась.

Впечатлений уже было много, а прогулка ведь только начиналась. Вот пруд с пятью неправдоподобно розовыми фламинго. Они дремлют, стоя на одной ноге, но кажется почему-то что их поза выражает застывший экстаз. Один из них вдруг возвращается к действию и, продолжая стоять на одной ноге, изгибает шею и клювом проводит круг по воде, принимая за центр самого себя.

– Смотри он изображает артиста Ярмольника, показывающего циркуль, – восхитился Натан.

– Похоже, – развеселилась и Мирра.

Другие фламинго пытались сыграть входящих в штопор змей, но делали это даже более убедительно, чем мог бы Ярмольник, а потому и не смешно, а только похоже. Вообще своим выступлением они скорее отрабатывали еду, которую им не приходилось добывать, потому что рыбу им приносили, а не запускали в пруд.

Натан предположил, что рыбу здесь не разводят, чтобы туристы не отлавливали ее, отбирая у птиц, но жена подняла его на смех.

– Ты видел хоть одного немца, сорвавшего на общественной клумбе цветок, или переходящего дорогу на красный цвет, или едущего в метро, где билетов не проверяют, – зайцем?

Натан засмущался – настолько невпопад он высказал свое до крайности нелепое предположение – и поспешил к следующему озерцу, где тоже что-то розовело, точь-в-точь того же оттенка, что и фламинго, но это оказались особого сорта лотосы.

– Вот видишь, разве же кто-нибудь позволит себе оборвать эти лотосы, которые, в сущности, так доступны, – продолжала назидать жена, но вдруг осеклась, увидев сосредоточенный взгляд супруга.

– Ты что? – испуганно спросила она, уже понимая в чем дело, и тоже молча стала глядеть на розовоперые лотосы, потому что это и были – один к одному…

– Ладно, довольно, – резко оборвал Натан, – пойдем лучше в луга или вот пшеничное поле, пошли?

Они побрели вдоль межи, и золотая радость волнами накачивала воздух в грудную клетку – так что Либерман раскинул руки, обнимая все, что мог охватить, и неожиданно для самого себя заголосил:

Слышу пенье жаворонка,

Слышу трели со-о-ловья —

Это русская сторонка,

Это Ро-о-дина моя!

– Наташка, ты что? Что это с тобой?

– Не знаю сам.