Буквы. Деньги. 2 пера. Том второй

– Я знаю только то, что хочу знать, – ответила она.

– Как вы это делаете? Поделитесь, и мы вас отпустим.

– Я слышу это каждый раз от муд… ков, подобных вам и вашим прихвостням. На протяжении нескольких столетий.

– Кто вы такая? Сколько вам лет?

– Ничего нового спросить не придумали? Это единственное, что вы хотите узнать у человека, который живёт уже несколько столетий?!

– Кто вы такая? Как вас зовут? – повторил он вопрос.

– Зовут меня Люция, Фёдор. Но вообще, у меня много имён. Какое нравится вам?

– Откуда вы уз…? Кто вы?

– В вашем мире нас называют по-разному.

Оборотни, ведьмы, демоны, индиго, но я всего лишь человек.

– Когда вы обнаружили в себе способности?

– Мне было около трёх лет…

– Вы не можете этого помнить.

– Серьезно? Тогда нет смысла продолжать этот пустой разговор.

– Хорошо. Расскажите, как вы это поняли?

– Это случилось, когда я говорила со своим дедом.

– Что в этом такого? Внучки и внуки постоянно лепечут со стариками, – едко отметил он.

– Я говорила с ним на его могиле, после сорока дней. Очевидцы случившегося тогда много толковали, и маме с бабушкой долго пришлось прятать меня, чтобы люди не болтали всякое.

– Что вы могли такого связного и толкового сказать в три года, что вас пришлось прятать? Песенки, печеньки, мама да куклы в голове…

Люция закатила глаза, будто уже в сотый раз слышала эту фразу и видела подобное выражение лица.

– Я начала поздно ходить, мне было около двух, но мне это не мешало.

А вот говорить я начала около восьми месяцев и не просто агукать, бибикать и люлюкать. Именно говорить, поддерживать разговор, материться. Многие из родственников боялись меня. Даже мать. Но ее любовь оказалась сильнее страха, и она всегда оставалась рядом. А вот отец…

– Вы помните своё детство?

– До трёх лет – обрывками. После – дословно каждый день.

– Сколько же вам лет, Люция?

– Женщин не спрашивают о возрасте.

– Что вы ещё умеете делать?

– Спрашиваете, как о какой-то диковинной игрушке с суперспособностями…

– И всё же?

Она громко вздохнула, дав понять, что ей наскучил данный разговор.

– Я могу аутентично говорить, писать и читать на сорока пяти языках мира, три из них – мертвые. Играю на шестнадцати инструментах. Вижу души умерших, а вместе с ними – и всех сущностей, живущих в вашем и других измерениях.

– Вашем? Вы говорите так, будто живете в другом месте.

– Я вышла замуж, сюда я прихожу на могилы к родным.