Гастролерша

Тут невозможно потеряться, заблудиться, выйти нетуда. Я выхожу в зал ожидания, оглядываюсь по сторонам. Никто не бежит мне навстречу, никто не окликивает меня, никто не смотрит мне в лицо, сравнивая реальность с интернетной картинкой. Так и есть. Меня никто не встречает! Ну, чтож, я не паникую. Со мной Джек Дэниелс, он меня согревает изнутри и придает смелости. Не встречает и черт с ним, очень надо! Возьму такси и поеду в отель. Деньги у меня есть, название отеля я помню… Помню ли? Марк просил меня записать, а я решила, что запомню.

Ну, и запомнила, конечно. Что-то на У! Смело шагаю к выходу, у которого толпятся таксисты. Пытаюсь объяснить одному из них, что за отель мне нужен. Категорически не понимает. Следующий понимает еще меньше. «Адрес?» кричит он и запихивает в салон другогоо пассажира. Отлично. Что дальше? В отель я поехать не могу. В аэропорту Марка нет. Или, может быть все-таки есть? Я возвращаюсь назад. Марка не вижу, зато замечаю мою попутчицу из Риги. Она разговаривает с каким-то итальянцем. Судя по всему она приехала к нему. Мои предпроложения насчет нее оправдались. Я подхожу к ним и объясняю ситуацию. Одновременно чувствую себя полной идиоткой. Итальянец проникается сочувствием и предлагает обзвонить все отели на У и узнать где у меня резервация. На это уходит минут 20, но он таки находит мой отель. Я благодарю их, и мы прощаемся. Ну вот, теперь у меня есть адрес. Таксист-коротышка запихивает мой багаж в машину, я плюхаюсь на сидение рядом с ним. Он очень плохо говорит по английски, но поговорить ему явно хочется. Спрашивает меня, кто я и откуда. Нехотя отвечаю. Он переодически восклицает «capito» (что значит «понял» или, как говорил тот Леонид «ясненько») и пытается положить мне руку на колено. На мой взгляд он старый и совсем непривлекательный. Я стряхиваю руку и говорю, что у меня есть друг. Это его ничуть не смущает и в конце пути он предлагает мне провести ночь с ним. Мне приходится призвать на помощь силу воли, чтобы отказаться от сего заманчивого предложения. Мой отказ очевидно больно ранит самолюбие низкорослого мачо. Чтобы возместить моральный ущерб он требует за проезд 50 евро. Я вылезаю из машины, но мое облегчение мгновенно сменяется новой тревогой. Вблизи нет никакого отеля. Зато есть блошиный рынок, на котором негры бойко торгуют сумками Гуччи. Первое знакомство с Италией с каждой минутой становится все приятнее. Я тащу свой тяжеленный чемодан через рынок, не обращая внимание на оклики. Я устала. Я злая как черт.