Боги-17

С тех пор у неё в голове крепко засело понимание, что милые ей люди могут исчезнуть в любой момент, и это не давало ей больше так крепко привязываться к ним.

Но к Гришке было невозможно не привязаться: он привязывал к себе сам. Появился он, когда им обоим было по двенадцать лет. Мама уже не лежала с ней, приходила после работы. А папа приходить перестал, у него к тому времени появилась новая семья с нормальными детьми. Иногда Женя фантазировала, как они знакомятся, представляла, какие они – её сводные брат и сестра.

А иногда мечтала, чтобы они тоже заболели и умерли.

– У вас тут такой интересный мальчик появился, – сказала мама, придя в очередной раз к Жене. – Я думала, он волонтёр, а оказывается – только что диагноз поставили. Но он так всем помогает, такой вежливый. И совсем спокоен. Удивительный ребёнок.

– Может, пока не понял, – пожала плечами Женя, стараясь не показывать интереса. Про нового мальчика она уже слышала утром от медсестры.

– Он к тебе не заходил? – с тревогой спросила мама.

«Вот оно что, – подумала Женя, – боится, что подружусь».

Женя отрицательно помотала головой:

– Ты мне новый ключик принесла? А книжки?

– Конечно, – рассеянно ответила мама, открывая сумки. – Я с его мамой познакомилась, попросила, чтобы он тебя не беспокоил, такой активный ребёнок. У него пока не было химии.

«После химии активным не будешь, – подумала Женя».

Как именно новенький перенесёт химию, ждало всё отделение. К Жене он так и не зашёл, видимо, мама поговорила и с медсёстрами.

Мама любила разговаривать и договариваться – именно её стараниями Женя маялась от скуки в отдельной палате и редко выходила в общий холл. Но медсестра Лена, с которой у Жени были приятельские отношения, подробно рассказывала о Гришкиных подвигах: то он малышей развлекал, то других новичков успокаивал, то с буйными дружить пытался. И про химию она тоже рассказала.

– Представляешь, сам зелёный, – говорила рыжая Лена, протягивая Жене градусник. – А по стеночке идёт, улыбается.

Говорит, обещал зайти к Юрику, к малышу, помнишь? Который уколов боится.

Женя не помнила, но кивала.

– Какой-то он дурак, да? – спросила она Ленку.

– Почему дурак? – удивилась та. – Он настоящий герой. Просто солнце отделения. Хотя его не все любят, некоторые прогоняют, а Люся из седьмой общей вчера из-за него ревела.

– А по-моему дурак, – капризно возразила Женя. – Зачем он всё это делает? Выпендривается, что он добренький.