Гавриил. Только ветер

Как же холодно. Не так холодная, как мой труп после встречи с НИМ, но всё же».

– Иди сюда, вот так. – к счастью все обошлось, мистер слева осмотрел, ощупал, вроде крови нет, да и ран тоже. Хотя мальчик был без сознания. Или ему так показалось.

«Как же болит голова, ох, а живот то как болит, надеюсь, ничего не отбил, – ворчало у мальчика в голове, – вот бы сейчас воды. Как же хочется пить. О нет, наверное будет вонять» – пока мальчик лежал на бревне вверх спиной, то напружил в штаны то ли от страха, то ли от того, что брюхом упал на обрубок бревна, то ли того, что одиннадцать часов не ходил в штаны, кто знает.

Ноги опять скребут по пирсу, который тянулся метров двести, за это время можно многое обдумать, возможно, план побега, но мальчику не очень-то хотелось этого делать: его куда-то привезли по морю, до этого вези восемь часов на машине, он наделал в штаны, в желудке урчит. Какой тут план побега? Все его мысли были о горячем душе, еде и сне. Спать почему-то зверски хотелось.

Его закинули в машину, никакого снотворного, мистеры слева и справа договорились, чтобы мальчик шел сам через мост. Где-то через полчаса машина остановилась. Судя по диалогу мистера водителя и охранника он решил, что это какой-то пропускной пункт. Мальчика опять вытащили из машины, но тот и не противился. Даже до охранника дошел «запашок», удивительно, что мистеры слева, справа и водитель ничего не чувствовали, или чувствовали, но не обращали внимания, ведь успели итак натворить много неладного.

Мальчика поставили на ноги.

– Итак, гаврик, иди по этому мосту прямо, прямо, прямо, медленно или быстро – без разницы, давай, а потом мы тебя накормим, помоем, – сказал мистер справа. – не бойся. Все хорош…

– Не люблю, когда мое имя так коверкают, мистер добрый, – заговорил мальчик. – очень не люблю.

– Что? Имя? Да это выражение такое. Ай, иди давай. – ответил мистер справа.

Мальчику вдруг решил, что если они притронуться к нему на это мосту, то тотчас сгинут.

Мост был окружен клеткой. Мальчик оглянулся, двое «друзей» все также шли сзади, каждый со своей стороны. И тут он заметил, что кожаные куртки вдруг сменились пальто, обшарпанные «дедушкины» башмаки сменились туфлями. «Хмм, видимо я иду к какому-то уважаемому человеку, – подумал мальчик. – с дерьмом в штанах и мыслями воткнуть палец ему в глаз». Он решил, что никогда не видел таких высоких и длинных мостов, которые вместе с тем еще были окружены решеткой.