О мастерстве и героизме

Тот не был омрачён, наоборот, прыть его скакуна обусловливалась именно тем фактом, что отступника постигнет наказание.

Дружина взяла человека в сером в кольцо.

– Назови себя, жрец! – начал разговор Осока.

Мужчина повернул голову в сторону воина, и из-под капюшона раздался зрелый и уверенный голос:

– Какой же я жрец, воин? Разве думаешь ты, что я ритуалы здесь какие справляю?

– Я вижу, что ты сидишь в языческом идолище, а по указу князя все места эти должны быть огню преданы, – ответил Осока. – Али ты княжьим указам не следуешь? Покажи лицо своё и назови себя.

Мужчина медленно откинул капюшон с лица.

На вид ему было лет сорок. Осока сразу понял, что перед ним воин, и воин не из последних, из варягов.

– Когда это наёмники варяжские языческим идолам молиться стали? – уже более спокойно спросил Осока. То, что иноземца убивать не придётся, сильно облегчило его душевное спокойствие.

– Кто сказал тебе, воин, что я молюсь идолам? – спокойно отвечал варяг. – Я почитаю Господа Бога нашего Иисуса Христа.

Последние слова выскользнули из уст иноземца с явным презрением к Лонге, после чего варяг сплюнул.

Лонга же, напротив, не выглядел удивлённым, увидев иноземного воина, и совершенно спокойно, без каких-либо эмоций держал слово:

– А, друг Торвальд! Рад тебя видеть. Мы уж с дружиной думали, что ты язычник немытый. Хотели тебя стрелами нашпиговать!

Церковник насмехался.

Осока тут же понял, что перед ним не кто иной, как Торвальд Путешественник – креститель Полоцка.

– Не могу сказать тебе то же самое.

Всем своим видом Торвальд показывал своё неприязненное отношение к церковнику.

Со стороны всё это казалось странным для тысяцкого. На его глазах происходила скрытая перепалка между двумя людьми одной веры. Тем более люди эти не были такими, как тысяцкий и его дружина. По сути, Осока и его воины ещё вчера были язычниками. Для полного осознания новой веры должно было пройти какое-то продолжительное время. Торвальд же был выдающийся миссионер того времени.

Лонга же был греческим миссионером, который прибыл вместе со своим начальством на Русь. Эти люди несли слово Божие варварам и участвовали в походах дружин по уничтожению языческой веры.

Таким людям полностью и безоговорочно доверял князь.