Волчий дождь

Директор (высокий пятидесятипятилетний мужчина, в сером костюме с сединой на макушке, но с ещё живым цветом кожи и добрыми глазами) долго проводил разъяснительную беседу с ребятами (звонок на урок уже давно прозвенел). Его слова глубоко проникали в душу Кибы, уже понимавшего, что вскоре эта весть дойдёт и до его приёмных родителей, которых ему очень не хотелось расстраивать, но он стоял неподвижно, устремив свой взгляд в потолок. Хиге же наоборот смотрел в пол и постоянно дёргался и переминался с ноги на ногу. Хотя слова директора и не затрагивали его за душу, но он волновался просто от того, что наказание такого масштаба ему пришлось испытать впервые.

Так же как и Киба думал, чего ему теперь ожидать дома, где к нему итак уже давненько относятся, как к человеку с подпорченной репутацией.

– И что вы скажете в своё оправдание? – сказал директор. Хоть обращался он к обоим «виновникам торжества», взгляд же его был направлен только в сторону Кибы. Вы сами догадайтесь, почему…

Хиге молчал, а Киба, взглянув на Хиге как на предателя, от чего тот заметно поник, недолго думая, ответил:

– Я просто защищал своего друга.

– сказав это, он повернулся спиной ко всем и вышел из кабинета.

От удивления у директора чуть челюсть не отвисла, и даже Хиге несколько секунд стоял в ступоре. Но немая сцена продолжалась недолго. В кабинет влетел Тобоэ.

– Не наказывайте Кибу, пожалуйста. Это он из-за меня полез в драку с ЭТИМ.– задыхаясь от бега и волнения, начал тараторкой объяснять мальчик, но директор его прервал.

– Да… Я знаю, твой друг мне ЯСНО ВСЁ ОБЪЯСНИЛ. Я не буду его наказывать, а вот насчёт второго… – он презрительно посмотрел на Хиге. – ещё подумаю!

И действительно, Кибу ни разу никто не попрекнул в случившемся, даже остальные одноклассники смотрели на него с ненавистным самим себе восхищением, тогда как сам парень теперь испытывал некоторую неловкость, а вот на Хиге все косились весь оставшийся день. А один парень и вовсе заявил: « Эх ты, и малявке чуть нос не расквасил, и не расквасил, и директора в шок не забросил…»

После уроков Киба и Тобоэ вместе ждали на крыльце школы как всегда долго собирающуюся Ямни.

Младший закидывал старшего всяческими расспросами, старший через силу отвечал – язык его сейчас не ворочался так резво.

– Тобоэ, ты знаешь, тебе не безопасно жить одному. Если что, если доверяешь, можешь пожить у меня, пока твои родственники тебя не заберут. Ты согласен?

– Знаешь… У меня больше нет никого. Только знакомые моей бабушки.