Боря, выйди с моря 2. Одесские рассказы

В плен попал раненым, без патронов и ничем себя не скомпрометировал. Бежал, партизанил, вновь попал в плен, был вывезен в фашистский лагерь на территории Германии. В феврале сорок пятого освобождён американцами, прошёл проверку в «Смерше», доказавшую, что я не был предателем и попал в плен не по своей воле, тем не менее 5 лет провёл в заключении и, несмотря на боевое прошлое, участником Великой Отечественной войны не считаюсь.

Прошу Вас, дорогой Никита Сергеевич, в свете решений исторического съезда КПСС, рассмотреть моё заявление и, чтобы 9 мая мне не было стыдно перед моими детьми, считать меня участником войны и выдать положенную медаль «За победу над Германией».

Весь шестьдесят второй год «Известия» печатали биографии реабилитированных военных. Какие имена! И вопль восторга, 11 июля – в космосе Николаев, 12 июля – Попович! Шестьдесят третий год: 14 июня – Быковский, 16 июня – Те-ре-шкова!

И в тот же год, не давая передохнуть от восторгов, невиданный в истории брачный союз трёх любящих сердец.

О любви втроём наш двор кое-что знал. И я не буду пересказывать хрестоматию, тем более что в любовных сценах Мопассан из меня никудышный, но чтобы так, в открытую, на весь ликующий Советский Союз. О, это было впервые.

В день массовых свадеб, восьмого ноября 1963 года, двор умиленно наблюдал за счастливыми космонавтами, Николаевым и Терешковой, и гадал, благо ещё не было мексиканских телесериалов, только ли роль посажёного отца играет на государственной свадьбе сияющий Никита Сергеевич.

– Побывав в космосе, она сможет родить? – ни к кому не обращаясь, с оттенком недоверия произнесла Шелла, не подозревая, что этот же вопрос беспокоит учёных мужей, задумавших медицинский эксперимент по изучению способности людей, побывавших в космосе, зачать здоровое потомство.

Изя восхищённо посмотрел на жену, но промолчал, что, однако, не ускользнуло от трёхлетней Региночки Парикмахер, безотрывно воткнувшейся в телевизор.

– Мама, а наш папа тоже генеальный секеталь? – неожиданно вопрошает она и на недоумённый вопрос мамы: «Почему ты так решила?» – категорически заявляет: – А он смотрит на тебя, как дядя с телевизора.

– Абрам, ты только послушай, какой умный ребёнок, – прерывает её бабушка. – Иди ко мне, ласточка, дай я тебя поцелую, и не повторяй больше этих глупостей. Договорились?

«Генеальный секеталь» этого не слышит: он занят более важным делом – лицезрением государственной свадьбы.