Ярая

Душа усталая, кто на неё позарится,

Но нет же:

Рефлексия тут как тут,

И снова мне сует свои билеты

То в ад, то в рай,

То режет мне сердечный жгут.

Зима – начальница,

Навязчивых воспоминаний друг,

Да лжи проказница.

Ей не до нашей суеты.

Её, как и меня, не ждут,

А жаль.

Прохожие в меня плюют,

Точнее – на асфальт,

Верней – в мою печаль.

И ужасающий я обрету уют,

Лежа в кровати пустоты,

Валяясь на изрезанной дороге.

Декабрь снизошёл, и мысли все умрут,

Услышав его альт,

Увидев его блеск и сталь.

Уж лучше пролежать всю ночь в сугробе,

Печальным жизни стать итогом,

Подснежником цвести в земной утробе,

Чем на твоё плечо упасть,

Как дорогая, покупная шаль.

Зима, позволь навек пропасть,

Где занимают расчудесные твои гробы

Не самые прекрасные цветы.

Я лучше стану вечной пленницей природы,

Чем быть неловким, глупым слогом,

Чем вновь с тобой на «ты»,

Продав последние часы лихой свободы,

Не отпуская из руки

Коварную частицу «бы».

Новогодняя

Зажигаю, проснувшись, нарядную ёлку.

Давно уж нет желания напиться.

В отсутствии тебя всё больше толку.

Зачем шампанское – гаданиям не сбыться.

Воспламеняю в ужасе твою мечту:

Ты – мой салют, она – небесная царица.

В присутствии огня я вижу пустоту.

Нам остается выбор – жить или молиться.

Задую в комнате последнюю свечу

И подожду куранты – буду веселиться!

Я только докурю и в полночь улечу

На крыльях новогодней, дерзкой птицы.

Листочек

Просил я небо, реки, звёзды:

«Хоть кто-нибудь, дайте мне шанс!

Пока ещё не слишком поздно…» -

Не слишком поздно для нас.

Но не ответил мне никто

Из космоса чёрных глубин -

Других игнорировать легко,

Легко, когда ты не один.

Лишь отозвался старый лист,

Упав на моё окно.

Подумал он, что внутри я чист,

Как белое полотно.

Но обознался случайный гость,

Ошибся – верил в добро

И не заметил строительный гвоздь,

Забитый в моё нутро.

Это железо в груди горит,

Плавится даже сейчас.

«Листочек, спасибо, – оно говорит. -

Спасибо, что ты меня спас».