Ядро и Окрестность

Сам солдат не всегда замечает то малое и густое, что его обступает, но тело видит, оно старше своей души. Душа идет на сближение с немцем. Тело ее несет. Ему нельзя оступиться, неловко упасть, пропустить осколок или пулю.

– Свою пулю ты не услышишь – восемьсот метров в секунду.

– А чутье? Бегущий в цепи часто не знает, почему отклонился вправо или влево. Слышит лишь свист там, где был мгновение назад.

– Почему тогда большая часть красноармейцев полегла?

– Погибали молодые и необстрелянные. Ни выучки, ни чутья.

– Или наступит на мину, – подхватил Максим, – проволоку.

– Перед атакой наши саперы все подходы проверяли щупом и проволоку резали.

– Двадцать метров может пробежать без остановки, иначе какой смысл. Не ползти же по-пластунски до немецкого окопа.

– Хорошо, подбежал к траншее. Что дальше?

– Бросает гранату – пусть метет осколками все живое.

– Новое действие, и не одно.

– Бросок разве не одно? Была бы сила в руках.

– Отогнуть усики, выдернуть кольцо, где в это время автомат? Я думаю, без гранаты нельзя, когда он подползает к доту или обороняется от танка. Тут нужна мощность.

– Скорость выгодна против живых мишеней, – сказал Максим, подумав, – они действуют зигзагами, как моль. Автомат напрягает время. Граната или еще лучше связка дает взрыв. Дот с руки не расстреляешь – это масса, ее берут энергией.

– Кучные цели тоже любят взрыв.

– Мотыльки напрягают пространство, а пули время. Моль порхает не так уж быстро. Весь ее путь состоит из отрезков, каждый из них вмещает целое действие. Тут малый вес соединен с резким углом поворота. Направления меняются, как узоры на вышивке. Сколько действий насчитает в секунду, такова и напряженность его пространства по выполняемой операции.

– Что это еще такое?

– Величина обратная скорости, делит время на пространство.

– Как растет? Не понимаю.

– Насекомое в воздухе, ты не можешь его поймать. Почему?

– Потому что меняет углы и плоскости полета.

– Менять-то меняет, но это способ удлинить время жизни.

– Хорошо, а что с пространством?

– Я же сказал, стоит. Каждая его единица несет все больше действий. Раз больше, то и пространство другое, не наше, привычное.