Отчаянная и другие рассказы

Его подняли ни свет, ни заря и проводили в кабинет генерала. Сергей вошёл в прокуренный, как тамбур поезда, кабинет Константина Петровича Соболева. На массивном столе стоял бронзовый подстаканник со стаканом крепкого чёрного чая.

– Садись! – грубовато произнёс генерал и, достав из красной пачки с надписью «Мальборо» сигарету, прикурил и затянулся. Его стоявшая рядом пепельница была забита окурками и похожа на египетскую пирамиду.

Сергей присел, на старую измазанную засохшей краской лавку напротив генерала.

– Видишь вот эти горы? Там находятся афганские боевики, взявшие в заложники нашего фельдшера.

Сергей сфокусировал взгляд на карте. Он знал эту землю, как свои пять пальцев. Это непроходимые тропы и сплошные горы.

– Так вот, твоя задача – вытащить и доставить сюда живой и невредимой Марию Кравченко, – продолжил генерал и положил на стол перед Сергеем чёрно-белое фото, с которого на него смотрела миловидная девушка.

Спустя час уже стрекотали, разгоняя воздух и поднимая пыль, механизмы вертолётных лопастей.

Воспоминания Сергея прервал телефонный звонок. Мужчина встал с качалки и отправился в коридор, взяв в руки серый радиотелефон.

– Как добрались? – прозвучал в динамике тревожный голос Трещёва.

– Нормально, без происшествий, – солгал Сергей.

– Звони на мой мобильный каждые два часа и держи меня в курсе событий.

– Хорошо, ты будешь в курсе всех событий, – зевая, ответил Орлов и дал отбой.

Сергей снова сел в кресло-качалку, но в этот раз его воспоминания больше не тревожили. Он закрыл глаза, и сон овладел им.

На следующее утро в огромной кухне, за круглым деревянным столом, сидели Сергей и Коля, уплетая гренки и запивая их молоком. Их завтрак мгновенно прервался, потому что в замочной скважине входной двери послышался щелчок.

– Так, пулей наверх, и спрячься хорошенько, – скомандовал Сергей.

Коля, не обронив в ответ ни фразы, побежал на второй этаж и, зайдя в свою комнату, забрался в чулан. В это время Сергей вышел в коридор. Там стоял лысый и широкоплечий мужчина в чёрном кожаном плаще. На вид ему можно было дать чуть больше сорока. На среднем пальце левой руки сверкнула золотая печатка с эмблемой двуглавого орла – герба Москвы. Это был некий Борис Петухов, родной брат Валерия.