Тетрадка с корабликом

Тетрадка с корабликом

Ольга Евгеньевна Шорина

Разноцветные тетрадки #4

Наконец-то "четвёртый дневник" раскроет тайны всех предшествующих тетрадей! Впрочем, их можно читать в любом порядке! Это книга о России конца 90-х, разрухе не столько в коммунальной, экономической и экологической сфере, но и в наших душах и головах, что гораздо страшнее.Содержит нецензурную брань.

Ольга Шорина

Тетрадка с корабликом

Когда одиночество выжжет дотла…

Юрий Шевчук,

«Предчувствие гражданской войны».

Запись на обложке

Пока меня не было дома, на каждом лестничном марше нашего подъезда сделали пандусы.

И вдруг вверх по ступеням с грохотом помчалась электричка, ещё та, старая, с красными полосами на зелёной «морде», а не синей, как теперь. Она ехала прямо на меня, преследовала, и я еле смогла закрыть дверь, чтобы она не ворвалась в квартиру, запоздало поняв, что никакие это не пандусы для инвалидов, а самые настоящие железнодорожные рельсы.

И проснулась.

31 мая 1998, воскресенье

Раньше я любила русский рок, а теперь собираю песни на «необычных языках».

Жемчужина моего паноптикума – Мария Фарандури (я сначала думала, что – Форонтури, но правильно именно так). Одна её минорная песня переводится с новогреческого так:

Ветер разносит листья по парку…

Так теряю я друзей своих.

Что-то вроде японского хокку. Нет, я знаю, что это – трёхстишие, а не двустишие!

Я всегда хотела иметь много друзей, но со мной никто не хотел дружить, потому что я – толстая, и со мною – стыдно.

А сейчас я перебираю в памяти детей, с которыми встречалась в детстве. Вася со Свердловки… Его мать, мамина сослуживица, умерла в 1990 ни то от менингита, ни то от рака мозга. Другой Вася, из микрорайона… У него была сестра Оля, но с Васей я находила язык лучше. Никогда не забуду, как сидели в его комнате, и он показывал мне свои рисунки.

Отношения между нашими родителями разорвались довольно давно. Но как-то мне приснился сон, что их мать, Вера, учит нас рисованию (вряд ли она, бухгалтер на химзаводе, в этом ас). Я проснулась, поняла, что ничего этого нет, и такая тоска навалилась, хоть волком вой!

Вот у Летовой, у неё очень много знакомых, потому что мать заставляла её ходить на английский и музыку. У Бурундуковой – тоже, но она поменяла много школ.