20 лет потерянного счастья

В комнате было очень много навесных полок с книгами и журналами.

– Здесь я провожу свободное от гимназии и спорта время, – сказал Артур.

Она села на край его рабочего стола. Он стоял рядом. Некоторое время они молчали, потом он спросил:

– Ты будешь пить кофе?

– А ты?

– Если ты, то и я.

– Буду.

– Тогда я пошел на кухню, пойдешь со мной?

– Конечно.

Они пили кофе и ели торт, оказавшийся каким-то чудом в холодильнике, никем не тронутый.

– Больше всего на свете я люблю торты, но очень редко их ем, – сказала Соня, – мама не ест и мне не дает.

Она говорит, что если мы будем есть торты и пироги, то станем очень толстыми и некрасивыми. Я это знаю, но торты очень люблю. Ем их иногда, когда она не видит, понемножечку.

– У нас они тоже редко бывают, сегодня просто невероятно, как он оказался в холодильнике, да еще целым. Просто чудо.

– Чудо? Разве бывают в жизни чудеса? Ты веришь в них?

– Да! С рождественских праздников.

– Я тебя серьёзно спрашиваю.

– Я серьезно отвечаю.

Когда я пришел на бал, у меня было чудесное настроение, и еще предчувствие, что должно свершиться что-то необыкновенное, прекрасное, и оно свершилось, я увидел тебя.

Она опустила глаза. Молчала. Потом тихо произнесла:

– Ты же не знаешь меня совсем.

– А что я должен знать о тебе? Скажи.

– Я совсем не чудесная и не чудо, а обыкновенная, как и все.

– Если бы ты была как все, я бы не увидел тебя, – Артур взял ее ладони в свои, сжал их, притянул к своим губам, поцеловал ее пальцы.

Соня встала:

– Давай уберем все со стола, помоем посуду, – сказала она.

Они вместе навели порядок на столе.

Она стояла и смотрела в кухонное окно, когда он подошел к ней, обнял за плечи.

Соня щекой прижалась к его щеке. Он целовал ее: в волосы, щеку, ухо, потом повернул к себе и крепко поцеловал в губы. Она ответила на его поцелуй легким прикосновением губ.

– Мне пора идти домой.

Артур отрицательно покачал головой.

– Что, если я не отпущу тебя?

– Ты что? Это невозможно.

Будет большой скандал.

– Тебя будут бить? – засмеялся он, немного расслабив свои объятия.

– Меня никогда не били и не бьют. Меня очень много и долго убеждают, воспитывают, и все морально – лучше бы побили, – тихо засмеялась она. Почему ты так часто спрашиваешь? Тебя что, бьют?

– Разве похоже, что меня, такого большого, кто-то может бить? Это шутка такая.

Они оба весело рассмеялись. Он взял ее за плечи и повел в свою комнату.