Замки

Тина последовала за Амальдой – старой ведьмой, которой удалось избежать сожжения благодаря любовному отвару (она замутила воду в городском колодце и благополучно удрала). Тина пережила кошачью инквизицию по счастливой случайности, в отличие от всех её уличных подруг, подвергшихся публичному повешению «за то, что якшались с ведьмами». Глухой кошачий палач по кличке Кулуп, с маленькими пухлыми ручками и в зеленом колпаке, украшенном цветными лентами, каждый вторник сбрасывал кошек со штурмовой башни. А по четвергам свозил в замок с привидениями и ошпаривал кипятком, чтоб изгнать демонов.

Домой шел через злаковое поле, пораженное спорыньей[23 - Род грибов, паразитирующих на некоторых видах злаков. При отравлении алкалоидами спорыньи возникают галлюцинации. В 1938 году из производных спорыньи был получен препарат ЛСД.], а духи летели за ним, призывая ужесточить кошачью казнь.

Тина вывихнула лапку при приземлении, но осталась жива. Счастливый вторник! Так они и встретились с Амальдой – травницей, живущей в лесу.

– Это должно помочь унять вашу боль! – Амальда протянула флягу с маковым молоком группке недовольных. – Оставьте его, он еще дитя.

– Мне не нужна ваша помощь! – прокричал Морган прямо Амальде в лицо, но порыв его гнева смягчила ладонь Чипатиака. Она же и увела Амальду в трюм.

– Вскоре наше путешествие наконец начнется, – сказал Чипатиак и протянул знахарке флакончик с кристаллами соли, – теперь ты одна из нас. Дважды в день отсыпай с мизинец и глотай, не обращая внимания на горечь.

Воду не пей, потеряешь рассудок. Будем обходиться рыбьей кровью. Ничего не ешь.

– Выполни мою просьбу, и я стану тебе верным другом, – Амальда улыбнулась, обнажив мятые десны. – Никто не знает лучше меня, что напиток из чайного гриба изгоняет камни из почек и очищает разум, а целительная зеленая плесень хорошо растет на кукурузных початках. – Когда она говорила, вместе с ней говорило все тело. Она выпадала вперед, пританцовывала бедрами и размахивала руками.

Её пальцы пережимали многочисленные золотые кольца.

– Тот, кто думает, что знает, – ничего не знает, – Чипатиак достал из кармана плаща деревянную шкатулку, сел на мешок с картошкой и жестом пригласил Амальду сесть рядом. – Сыграй со мной в го. Ты ведь умеешь.

Амальда не стала спрашивать, откуда он знал. Может, её давнишнее проживание в «женском доме» выдало клеймо на левой щеке, которое она пыталась скрыть шрамом, опалив лицо горящей золой.