Добро пожаловать в прошлое!

Даже в такой момент я думал об этом, понимаешь? Он просил прощения у меня за то, что бросил нас, а я молчал… Молчал, чувствуя, что не смогу простить, никогда не смогу…

Влад вновь покачал головой, ощущая, как задыхается от этих воспоминаний. Он так долго носил это в себе, не признаваясь в том, что в его жизни была печальная история, до сих пор отзывающаяся мучительными спазмами подростковых обид и желанием иметь полноценную семью, которой можно было бы гордиться. Перед глазами все еще стояла та сцена в больнице, а в душе вновь поднимала голову уязвленная гордость.

– А потом он стал что-то рассказывать про эту девочку, дочь той женщины. Я сначала даже не понял, зачем он мне все это говорит. Оказывается, они поженились, и он даже удочерил ее дочь! Дал ей свою фамилию… Нашу фамилию!

– Ну и Санта-Барбара у вас, – задумчиво проговорил Воронов. – И жили они долго и счастливо…

– В том-то и дело, что недолго, – невесело усмехнулся опер. – Тетка эта умерла от какой-то болезни буквально через пару лет после этого! Девчонку забрала к себе бабка, и все эти годы отец им помогал, до последнего дня, так сказать…

– Благородно, – заметил Саша.

– Я бы и рад, да не получится, – странно улыбнулся Влад.

– Это еще почему? – удивился Воронов.

– А потому что бабка тоже отдала богу душу! – развел руками опер. – И папаша слезно просил меня, чтоб я эту девку не бросал… Она же ему, типа, как дочь… Нет у нее, видите ли, никого больше, понимаешь?! Он просил об этом меня! Это я должен заботиться об этой девице, чья мать разрушила нашу семью!

Он замолчал, обхватив голову руками, чувствуя, как боль от эмоционального напряжения опоясывает, впивается в каждую клеточку, пульсирует в висках.

– Но, по сути, эта девочка ведь ни в чем не виновата, – пожал плечами Воронов.

– Ну, не виновата, и что с того? А разве я виноват? С какой стати я должен ей помогать? – снова разозлился Влад и, поднявшись со стула, нервно прошелся по кабинету.

– Если ей нет восемнадцати, то по закону ее заберут в детский дом, – проигнорировав непривычную раздражительность и злость всегда прежде уравновешенного и здравомыслящего друга, спокойно рассудил Саша. – Может, у нее есть какие-то родственники, которые могут ее взять к себе?

– Ни-ко-го, – Влад отрицательно покачал головой и снова усмехнулся: – Только я! Она мне теперь официально практически сестра.

– А что с квартирой, где они жили? – поинтересовался Саша.