Морозова и другие

 – Смотри, какая у меня палочка!

На футляре были выгравированы позолоченные буквы «Mozel». Палочка фирменная, деревянная и наверняка дорогая. Я скривила губы:

– Мне такая не нужна. Я не собираюсь руководить оркестром. А хоровые дирижеры палочки не используют.

– Хоровое пение сейчас не в моде, – сказал Пашка. – В любой опере хор работает с оркестром и дирижером. А в некоторых операх хористы вообще собираются в оркестровой яме.

– Ну есть же отдельные произведения для хора.

– Морозова! Все уже спето-перепето, – сказал Пашка и побежал вперед.

Я показала Пашке язык и снова повторила движения трехдольной схемы. Получилось уже гораздо лучше.

Наш предмет называется «Дирижирование и чтение хоровых партитур». Вот с чтением хоровых партитур у меня проблем не было. Я легко ориентировалась даже в самых сложных. Зрительно сразу охватывала сразу все нотные строки, и у меня не возникал вопрос распределения нотного стана между правой и левой рукой: сопрано и тенора – правая, альты и басы – левая.

А вообще у меня есть мечта. Хочу написать оперу без оркестра. Вот только солисты и большой смешанный хор. Ну, пару барабанов, может.

Когда я озвучила это Пашке, он покрутил пальцем возле виска:

– Морозова! Ты что, хочешь переворот в музыке сделать и создать новый жанр?

– Я бы смогла написать такое, – ответила я. – Мне бы сюжет для либретто найти.

– Морозова! Прекрати дурью маяться! – махнул рукой на меня Пашка и убежал.

Вообще-то меня зовут Фёкла. Не знаю, кому из родителей пришла в голову такая счастливая мысль, но я терпеть не могу свое имя. Как говорит моя подруга Светка, «терпеть ненавижу».

– Фёкла-свёкла! – только и слышала я в детстве и еле успевала раздавать тумаки.

Поэтому теперь на вопрос, как меня зовут, я отвечаю:

– Морозова!

– А имя? – спрашивают.

– Морозова! – резко отвечаю я.

Вскоре все привыкли, и даже преподаватели консерватории обращались ко мне не иначе как Морозова.

Своей идеей создания оперы без оркестра я поделилась и с Ольгой Маркисовной.

– Я о таком никогда не слышала, – сказала она.

– А «Страсти» Баха? – сказала я.

– Ну это ведь не опера. И там все равно оркестр постепенно начинает играть равную роль с певцами. Или в ораториях и хоровых концертах хор – это действующий музыкально-драматическим персонаж.