Дом в деревне

До моего такого спонтанного вхождения в эту рабочую оперативную группу я позиционировала себя как «одинокий волк», умеющий взвалить на себя и нести. Теперь я училась жить в коллективе, да ещё в каком коллективе! Посмотрели бы на меня сейчас психологи, тестирующие меня при получении вакансии и безапелляционно определившие меня в одиночки-индивидуумы!

– Постарайся там отрешиться от всего обыденного, живи среди всего этого как листок, трава, рыба! – продолжал наставлять меня Нисим.

Я слушала открыв рот!

– И не лезь там особенно на экстрим, знаю я тебя! – пробурчал он по-отечески.

Ну, конечно же, я знаю, друг, что за мной закрепилась характеристика безбашенной тётки, которая в свои пятьдесят с гаком сделала себе лётные права на лёгкий одномоторный самолёт и гарцует на нём в небе по выходным! И прав ты, прав, именно на экстрим меня и потянет – и на канапе, и на банджо, и на крокодилов, несмотря на килограммы и паспортные данные, – но всё это будет потом! А пока я почтительно внимаю моему мудрому другу и, затаив дыхание, вглядываюсь в кратеры вулканов, которые ему удалось заснять…

Ах, знать бы мне тогда, что очень скоро наш рай, с такой любовью созданный нами – тремя такими разными и непохожими! – разобьётся о резкий вой неотложки, увозящей меня от моих друзей далеко и надолго!

А впереди маячила и манила к себе загадочная и чудная Коста-Рика, в которую Нисим влюблял меня ежедневно – самоотверженно и со знанием дела.

Глава 2. Фабиан

Обожаю разглядывать завитушки облаков из окна самолёта! И как бы часто ни приходилось летать, это занятие мне никогда не надоедает!

Хотя, возможно, на этот раз… Лететь-то нам предстоит часов двенадцать, затем поменять самолёт – и ещё часа два.

Между рядами кресел время от времени разгуливает Фабиан – наш гид и инструктор на Коста-Рике.

Ещё на последней встрече с ним, на предвылетной консультации, там, в Тель-Авиве, муж шепнул мне на ухо:

– Слава богу! Видно, что серьёзный парень. Будет держать наших шалопаев в руках!

Шалопаи – это руководители разного ранга в службах городского муниципалитета, где работает мой благоверный.

– От жёсткой дисциплины каждого из нас в этой непростой поездке будет зависеть здоровье, а порой и сохранность каждого из нас, – говорил Фабиан, поблёскивая гладко выбритой головой на ярком весеннем солнце. – Запомните, дважды я не повторяю! – глаза блеснули жёстким голубым светом.