Привет из прошлого

Лунный свет играет тенью,

от скользящих облаков.

Плачет тихо дождь осенний,

превращаясь в мотыльков.

И мерцают мутно звёзды,

сквозь замёрзшее окно,

обещают дней морозных,

белоснежья полотно.

Отразится в лужах месяц,

глядя в них, как в зеркала.

Прилетит из поднебесья

к нам зима, белым-бела.

Моей музе

Я живу в зачарованном мире,

где сливаются грёзы и явь.

Ты в моей холостяцкой квартире,

в эту ночь своё сердце оставь.

Разбуди, дай мечтам разговеться,

стены тесной каморки раздвинь,

дай взглянуть на ушедшее детство,

где мой Янь познакомился с Инь.

Приоткрой то, что тайной сокрыто,

мне туманы сомнений развей,

чувства все процеди через сито,

в поседевшей моей голове.

Натяни струны сердца до звона,

чтоб, как в юность звучали они,

а весь мир, что судьбою разорван,

словом тёплым согрей, обними.

Я готов, словно раб на галерах,

горький свой отрабатывать хлеб,

оставаясь в душе флибустьером,

на широких просторах суд'еб.

Прошепчи мне про дальние дали,

где тепло от сверкающих звёзд,

чтоб нашли мы, что долго искали:

млечный путь среди белых берёз.

Мне ключи от волшебного слова

подари, дай прочувствовать вкус,

чтоб рождались из звука простого,

не слова, а мелодия чувств.

Евангелие от фонаря

Круж‘ат снежинки мотыльками,

купаясь в свете фонаря,

внизу их ждёт холодный камень:

последний таинства обряд.

Кружась меж небом и землёю,

за миг познав и рай и ад,

от следом падающих скроют,

что нет для них пути назад.

Весна придёт на смену стужам,

храня, как память их любви,

под фонарём большую лужу,

чтоб в ней плескались воробьи.

Вначале было слово

В начале было слово и в конце,

а между ними время пролетело,

виски припорошило цветом белым,

морщины разбросало на лице.

Подкралась старость тихо, невзначай,

между словами здравствуй и прощай.

Трава-мурава

Когда упадёшь ты в траву-мураву,

и отыщешь с ней общий язык,

увидишь иначе небес синеву,

и взгляд на тебя стрекозы.

О многом расскажет трава-мурава,

про то, что давно позабыл,

напомнит из детства такие слова:

всё встанет внутри на дыбы.

Закроешь глаза и почувствуешь сам,

вдруг привкус рассветной зари,

и, если ты думаешь, это роса:

это слёзы рассвет обронил.

Жёсткий вагон

Вагончики качаются,

колёсики: тук-тук.

Всё в жизни возвращается

на свой начальный круг.