Первым делом. Новая редакция 2024 года

Правда, на сборы потратил непривычно много – целых сорок минут. В лес попал в только в начале седьмого.

Только среди березок Василич успокоился. Волнение ушло, как будто и не было. Мысли выстроились в привычный ряд. Так было не раз, в самой глубине лесной чащи всегда тихо и спокойно. Людей здесь не видно и не слышно. От людей все беды. А сегодня даже на краю леса не было слышно машин.

– Несмотря на то, что очень поздно, но я все равно первый? – довольно отметил про себя Василич. – Странно, почему люди боятся лес.

Настоящий грибник по краю леса не ходит. Пускай, здесь городские собирают, ему не жалко. Василич взял направление в самую глубину леса. Куда не каждый решится заходить. Но оно того стоило, места первобытно-красивые, чистый лес – ни тебе пластиковых бутылок, ни консервных банок. Крутые овражки и изумрудные ручьи. Человеческих следов нет вообще, разве что заячьи да кабаньи. Но лесные жители Василичу не враги. А грибы? Грибы в лесной глухомани, как в сказке. Ни в корзинке унести, ни ножиком срезать, ни взглядом окинуть.

В глубине леса не встретишь человеческого следа. Настоящее единение, проникающее в самое подсознание, только ты и лес.

По краю ходить, настоящего удовольствия не получишь. Это как себя на уважать. Вся трава здесь и кусточки грибниками истоптаны. На каждом шагу валяются пивные бутылки и алюминиевые банки. Как будто в лес ходят одни алкаши. Им не грибы искать, а только природу испоганить. Только и натыкаешься на раздавленные грибы. Слепые они что ли?

Того и гляди, за ближайшим деревцом кто-то сидит, подсматривает за тобой или следит.

Идешь тихо-мирно с корзинкой, то и дело здороваешься.

– Здрасьте, Михал Прохорович. Как здоровье супруги?

– Спасибо, хорошо.

– Ну, передавайте ей привет!

– Всенепременно. И вы тоже передавайте.

– Кому?

– Кому-нибудь передайте.

– Да мне не кому.

– Как так?

– Так получилось.

– Жаль, тогда…

Не лес, а проходной двор. Нет, так не пойдет. Василич не любил в лесу встречаться и с кем-нибудь разговаривать.

Не место здесь для разговоров. Он всегда шел подальше от края. Туда, где можно молчать. Туда, где ни деревенских, тем более городских не встретишь.

Со дня смерти жены прошло три месяца. Долгих три месяца. А казалось, что прошла целая жизнь. Как же это было давно. Как в далекой прошлой жизни. Эта новая жизнь Василичу не нравилась, не приносила она ни радости, ни успокоения. Только в лесу находил он успокоение.