Невесёлый клоун. Рассказ

«Но почему моей стихией не может быть что-то другое? Почему я не могу стать пилотом, как и мечтал столько, сколько себя помню? Почему?» – никто не отвечал ему на такие вопросы. Он постоянно говорил, что не хочет работать в цирке, что не хочет быть клоуном, но его не слышали. Или не хотели слышать. Рассказывая про ужасную реальность будущего, родители всегда добивались смирения. Вот обычный пример их беседы:

– Кем ты будешь, если не клоуном в нашем цирке? Бомжом? – спрашивали у него.

– Пилотом или кем-нибудь ещё, – отвечал он.

– И в чём проблема? Слушайся родителей, они плохого не посоветуют. Вот станешь клоуном, а потом можешь отучиться и на пилота, и на врача. Все дороги открыты! Ты, главное, не забудь о своей мечте, когда приблизишься к ней вплотную.

– Давай уже! Хватит прохлаждаться, время идёт! – опять послышались крики зажиревшего голоса.

Святославу вновь пришлось повиниться воле старших. Обычно вечером, когда от ударов об мат у него болела спина и плечи, от слишком ярких цветов болели глаза, а от постоянных репетиций перед зеркалом сводило скулы лица, он давал себе слово, что больше не будет этим всем заниматься, но на следующий день повторялось то же самое, и он снова давал себе точно такое же слово.

Многочасовые занятия цирковой дребеденью разделялись совсем небольшими промежутками. За один день он учился и акробатике, и жонглёрству, и пантомимике, и комедийности, и всё остальное, что вы можете отнести к этому списку, тоже изучалось им.

– Ну и что? Ты долго будешь стоять? – заорал тренер.

Слава начал прыгать. На самом деле он редко понимал вообще, чем занимается. К примеру, сейчас: он просто становился так, как показывал ему Михаил Евгеньевич и прыгал. У него постоянно не получалось, тренер говорил про вечные ошибки, исправления, и так повторялось снова и снова, однако теперь у него, совершенно случайно, всё-таки вышел «флик-фляк». Он встал на ноги. Тренер, который уже приготовил горло для криков, недоумевал.

– Мы верили, что получится!

– Видишь, стоит только попробовать!

– Молодец, сынок, мы гордимся тобой!

Эти моменты ему чрезвычайно нравились – наверное, потому что родители говорили тогда хоть что-то приятное, однако намного чаще всё же ему говорили, что он ленивый и никудышный.

Конец ознакомительного фрагмента.