Реванш

– Ну, знаете, результат этого сражения вовсе не предопределён. Быть может, на этот раз Наполеон одержит победу. Это зависит от него самого.

– А кто, полюбопытствую, будет воплощать меня на поле боя?

– Хочу пояснить, месье Бонапарт, что сражение будет воспроизводиться в виртуальном формате и транслироваться на множество стран. Окончательный же кастинг претендентов через две недели.

– Ах, вот почему вы здесь. Надеетесь, это поможет вам сделать правильный выбор?

– В какой-то мере, да. Наполеон решает судьбу игры.

Внешнего сходства недостаточно. Этот человек должен не казаться, а быть по-настоящему великим.

Бонапарт снова усмехнулся:

– Осторожнее, месье. От великого до смешного, как известно, один шаг. Но я почему-то уверен, что у вас много достойных кандидатов.

Зальцман позволил себе немного расслабиться. Это толкнуло на несвойственную ему откровенность:

– О, если бы это было так, месье Бонапарт! Знаете, у нас сегодня много желающих на роль Наполеона, в том числе всяких генералов.

А мне нужен такой Наполеон, который смог бы взять знамя и стоять на мосту под огнём, как в Аустерлице, понимаете?

– Наверное, вы имели в виду Арколу? Я стоял там со знаменем не на мосту, а на побережье. И не ушёл бы оттуда живым, если бы не мой адъютант Мюирон. Он отдал свою жизнь, дабы сохранить мою.

Зальцман оживился ещё больше:

– Вот! В этом вся суть! Нам нужен человек, способный, как Наполеон, вдохновлять людей до такой степени, что они готовы отдать всё ради победы, даже свою жизнь! Как вы думаете, почему Бонапарту удалось стать самым могущественным человеком в мире? В чём секрет его личности?

– В конце концов, мистер Зальцман, разница между императором и крестьянином не так уж и велика – ответил Наполеон.

 – Как я однажды написал, исход великих событий всегда висит на волоске. Талантливый, целеустремленный человек использует решительно всё ради успеха, не пренебрегая даже самыми незначительными, на первый взгляд, шансами. Обычный человек, как правило, не обращает на них внимания и тем самым губит всё дело.

– Потрясающе… Как вам удается так глубоко и реалистично… мы говорим всего десять минут, а мне уже кажется, что передо мной настоящий Наполеон.

– Быть может, это потому, что я им и являюсь!

– Простите, я не хотел сказать, что… то есть, не обижайтесь, пожалуйста.

– Не волнуйтесь. Я понимаю, мистер Зальцман, что оказался в курьёзном положении и кроме как в сумасшедший дом меня деть некуда.