По наследству

Жизнь была прекрасна до тех пор, пока соседка находилась в запое. Но, на то она и полулегкомысленная – когда в голове родились здравые мысли, все были разогнаны, калитка надежно заперта и спущены собаки, оставлен был только ненаглядный Мика, Света попыталась увязаться к вору, подарившему ей куртку, но он признался, что женат. Дорога одна – к цыганам. Они охотно забрали куртку в обмен на «ширку», и разрешили остаться прислугой. Рая тоже приходила в цыганский двор – мыть туалет, чистить печи, уносить мусор. Две служанки разговорились.

Рая, не столько по-женски сочувствовала, сколько смекнула свести наркоманку с Анатолием, чтобы знала ненавистная Сашка «где раки зимуют».

– Есть у меня на примете хороший человек. Он, правда, в возрасте, но при здоровье и при кое-каких денежках, – Рая хихикнула.

По логике у беглянки должна была быть фамилия Колобкова, но у нее была цирковая – Алмазова. Раин выстрел оказался снайперским. Анатолий подсел к Алмазовой, остроумничал и, сгорая от любовного пыла, даже не послал «за добавкой».

Но Рая была не в накладе, она потирала руки: «Ой, что будет?!»

Анатолий не знал о черных пятнах в биографии Светы, ему сообщили только о белогорячечном кровожадном брате, который согнал сестру голую и босую в лютую стужу. Поэтому помимо навязчивой идеи жениться припуталась еще благородная миссия помочь несчастной. Он взял Свету под свое подъеденное молью крыло.

Молодая жена была введена в дом, и как только старые глаза Нюси разглядели, что невестке чуть больше двадцати лет, она приковыляла к Саше с недоброй вестью.

Стоя на морозном ветру, Саша и Гоша смотрели в белое электрическое окно родительского дома.

– Я ее видела в Микиной компании, она наверняка воровка. Надо ее вышвырнуть со двора, – предложила сестра.

Но Гоша не был задорист и, наблюдая галантности отца, он махнул рукой:

– Что мы сделаем? Он имеет право. Да и не надолго это.

Саша пожалела, что в этот момент брат был дома, сама бы она проявила жесткость, и уж если бы не выгнала Алмазову, то хотя бы сделала попытку.

Негодующая дочь вызвала отца на улицу:

– Ты с ума сошел! Знаешь, что это за личность? Она с ворьем водится, может, даже по их заданию к тебе приклеилась.

– Мне лучше знать, как жить.

– Убирай сейчас же эту гопницу!

– Я сказал, сам разберусь, – перетаптываясь от нетерпения, недовольно подытожил родитель.

– Ах, так! Ноги, ни моей в твоем доме, ни твоей в моем, не будет.

– Вот и хорошо, – отец обрадовался по-настоящему.