По наследству

– Ну, надо же?

– Вот пусть оденет дед Федор свой полковничий мундир и стукнет кулаком по столу под носом у начальника горотдела – когда порядок будет?

– Ха-ха-ха-ха, – рассмеялась Лида, – порядка во всей России нету. Пенсию задерживають, шахтерам не платять, народ злой. А дед Федор уже негожий, с бутылочкой ходить – ему ж операцию делали. А у нас на днях Валентин был, – «Уже теплее» – подумала Саша, – хвалился:

– Прышел на работу, говорю, сестра померла. Мне начальник – беры, Филиппович, любые доски, делай гроб.

– Мы за четыре с половиной купили уже обитый, – вставила Саша.

Я ему:

– Чем хвалися? Родная ведь сестра была, хоть бы постыдился такое говорыть.

Он:

– Не встревай, я до брата прышел по делу. Мы, Федор, прямые наследники, давай в наследство вступать.

Так Федор – молодец, правильно ответил:

– Если я помру, значить, ты и у моих внучек всё заберешь?

Дак он аж побелел…

– Я там всё делал.

– Делал, так тебе Маня платила и кормила.

Ушел не солоно хлебавши… Жадный – и ртом и жопой бы хапал.

Лида вывалила, как отходы на свалку, наболевшее и засобиралась, положив сверточек мебельных гвоздей в тканевую сумку.

– Там у нас яблок много, портются, прыходи – наберешь, – сказала она напоследок.

– Спасибо, не надо, – Саша провожала взглядом бабу Лиду, напоминающую со спины клопа-черепашку.

«Ну и дед! У меня и мысли не возникло, что юридически он, конечно, прав. Я – простуха, о человеческих законах думала: на маму было завещание, мама умерла, значит, нам детям мамино. Оказывается, деды главнее».

– Что ты хочешь? Старое поколение, с дерьмом не расстанутся, – начал обсуждение темы наследства Гоша, – брось ты свои ночные вылазки, пусть дед Валентин заботится о сохранности.

– Он даже не сообщил о своих притязаниях – «Лида сволочь», и больше ничего.

Малоприветливо встретил дед внучатую племянницу, пыхтел и хмурил брови. Саша знала много оттенков в обращении с людьми, для начала она «включила дурочку», наивно, хлопая ресницами, сказала:

Оказывается ты, дед, баба Аня и дед Федор – вы главные наследники, а мы с Гошей – с боку-припёку. Продавайте сами, и смотрите теперь сами за домом.

Какую внутреннюю работу проделал дед, осталось неизвестным.