Экоистка

Просто подобрали хорошую музыку на свой вкус – душевную, незамысловатую, предложили вкусную еду и недорогой алкоголь. И никакой оглядки на конкурентов.

Здесь она впервые напилась допьяна, встретила Макса и еще пару парней до него, имена которых уже и не помнит. Здесь она часто обедала. И это единственное место в Москве, которое Кира любила, как любит свой дом. Все самые постыдные и приятные безумства молодости случились здесь.

Заказав семгу «по-пропагандски», она наконец окончательно подключилась к настроению подруг.

– Отлично выглядишь, – сказала Женя, подзывая официанта и жестом показывая, что игристое в бокалах закончилось.

– Спасибо, моя хорошая. Я недавно прочитала, что внешность напрямую зависит от работы мозга, а не от питания и образа жизни, как мы привыкли думать. Именно от того, какие сигналы телу, коже посылает наш мозг. Логично же?

Девушки в унисон кивнули.

– А поскольку мой мозг работает двадцать четыре часа в сутки, – продолжила Кира, – и иногда достает меня своим беспрерывным занудством, уродство мне явно не грозит.

К концу вечера девушки окончательно сконцентрировались на теме ниже пояса и бурно хохотали, углубляясь в нее, а затем как-то резко свернули в политику. Через полчаса усердного обсуждения ситуации в Египте Кира наконец сказала:

– Боже, кто бы нас послушал! Сидят три роскошные красотки и, наклюкавшись шампусика, обсуждают политику.

– Да-а-а, что-то здесь не то, – протянула Женя. – Мы слишком глупы, чтобы разговаривать о политике, и слишком умны, чтобы разговаривать о шмотках.

– Осталось о работе, но это уж совсем не к месту, – поддержала Марина – Только ты, Кирюш, можешь говорить о работе интересно.

– Это почему еще?

– Потому что она у тебя нерутинная.

– Зато очень бьющая по нервам.

– Ой, да ладно, сидишь себе дома, пишешь, когда хочешь.

– Да, так и есть. – Кире почему-то стало неловко. – Но вот недавно у меня было интервью с Давидом Гринбергом. Я вам рассказывала, как его ждала и радовалась. А теперь уже неделю хожу словно в воду опущенная.

– Почему?

– Потому что он рассказал больше, чем мне лично следовало бы знать.