Новогодний антураж

Причины разные, пожар, не урожай,

Врагов завистливых разнузданные орды,

Или какая хворь приходит в край,

Или зверей лесных оскаленные морды.

Рода объединялись в племена,

А племена объединялись для набегов,

Чтоб наказать коварных «печенегов»,

Чтоб, хоть на время, воцарилась тишина.

И наслаждаясь этой тишиной,

В июльском мареве, или январской стуже,

Народ трудился и работал над собой,

Чтоб завтра было также, а не хуже.

Кто земледелием прокармливал свой род,

Грибами разными, кореньями, охотой,

Кто рыболовством, кто разводит мед,

Кто занят кузницей, или другой работой.

Все жены пряжу прялками прядут,

Мужам своим, к одеждам, для походов,

Девицы хлеб для ужина пекут,

Со смехом возвращаясь с хороводов.

И если мир вокруг, то мир царит в семье,

И благочинные застолья под молитву,

И меда крынка, в праздничном столе,

Плясанья с музыкй, в разгар кулачной «битвы»,

И песни с присвистом, и чинные беседы,

И стать уверенная – завтра встретить беды.

Ремесел было много в те года,

Природа заставляла шевелиться,

Построить кров, от непогоды скрыться,

И шкуры выделать, чтоб выжить в холода.

Ковалась утварь и оружие для войн,

Набеги повторялись непрестанно,

И чтобы защитить семьи – покой,

В селениях кузнецы трудились – рьяно.

Вражда была всегда, и земли, и богатства,

Разнились у родов, обилием своим,

И бились меж собой, на смерть, свои же братства,

А иногда, родами, с войною шли к другим.

Фракия Римская изведала не раз

Опустошающую ярость столкновений,

Под звон мечей, и тысячи мгновений,

И блеска жуткого, озлобившихся глаз.

Враги, однако, стоили друг друга,

Легионеры Рима, и славяне,

Одним – покорность, лучшая подруга,

Другим – свободы, поднятое знамя.

И долго помнили те берега Цутры,

Усеянные римскими костями,

Как мчались диким натиском цунами,

Славян бушующих – тяжелые щиты.

Как дрогнул и поддался легион,

Как разорвав исколотые цепи,

Перуновы дрались нещадно дети,

Под гомон перепуганных ворон.

И длинная защитная стена,

Что Анастасий выстроил оградой,

Спасала Фракию, в те злые времена,

Став для народа Римского – наградой.

Но как не усиляли стену ту,

Со множеством различных укреплений,

Хильбудий всем устроил суету,

Вторгаясь в дебри славинских владений.

И вскоре все рода объединив,

Славяне римлян встретили достойно,

И, мало кто тогда остался жив,

И, ненадолго, стало всем спокойно.