Дети в Великой войне. Посвящается семидесятипятилетию Великой Победы

Дети в Великой войне. Посвящается семидесятипятилетию Великой Победы

Андрей Григорьев

Война забрала детство у детей,И взрослыми ребята становились,За Родину с фашистом стойко бились,Ни пыток не боялись, ни смертей.Андрей Григорьев.

Дети в Великой войне

Посвящается семидесятипятилетию Великой Победы

Андрей Григорьев

© Андрей Григорьев, 2019

ISBN 978-5-0050-8621-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ДЕТИ – ГЕРОИ

Марат Казей

В деревне жил Марат с сестрой и мамой,

Когда фашисты к Минску прорвались,

Из школы, немцы сделали казарму,

Враг лютовал и портил местным, жизнь.

Марата маму, немцы утащили,

За связь с «подпольем» заточив в тюрьму,

Марат с сестрой, бежать тогда решили,

В лес, к партизанам, чтобы мстить врагу.

В Станьковский лес, где партизаны были,

Пришли они и стали воевать,

Марат с разведкой, немчуру давили,

Сестра пошла на кухню помогать.

Разведчиком он был хорошим, дерзким,

И подрывник был Классный из него,

Всегда в атаку шёл он самым первым,

Пятнадцать лет парнишке то, всего.

Последний бой, фашисты наступают,

Боеприпасы кончились, почти,

Гранату, лишь в руке Марат сжимает,

И ждёт, чтоб немцы ближе подошли.

А немцы «хенде хох» кричат Марату,

Окопчик парня, густо окружив,

Марат бросает под ноги гранату,

По лесу отдаётся эхом взрыв.

Марат Казей, пятнадцать лет проживший,

За Родину, геройски принял смерть,

С собою, жизней вражеских, лишивший,

Вечным Огнём и в памяти, гореть.

    26.02.2016г. Андрей Григорьев

Зина Портнова

Война застала Ленинградку Зину,

У бабушки, на станции Оболь,

Она не стала там «тянуть резину»,

А объявила немцам смертный бой.

Создали с молодёжью из посёлка,

Команду «Юных мстителей» врагу,

Готовились, печатали листовки,

Вели для партизан разведку всю.

Холодной ночью, декабрём морозным,

Предатель Зину выдал немчуре,

Таким вот оказался «другом» подлым,

Схватили, утащили бить, к себе.

Но Зинаида духом не упала,

Молчала на допросах у «СС»,

На муки издевательств отвечала,

Презренным взглядом, обещая месть.

И как-то на допрос её приводят,

Замешкался немецкий офицер,

Фашисту Зина в лоб уже наводит,

Ствол пистолета, рядом, что висел.