Дед Семён и другие. Рассказы

На столе в подсвечнике горела свеча, а за подсвечником стоял гроб, в котором лежал крупного роста покойник с большой бородой. Послышался тихий плач. Посмотрев по сторонам, Семён повернулся к столу, но кроме свечи в подсвечнике и стопки бумаг на столе ничего больше не было. Он уже не удивлялся. К видениям начал привыкать.

– Неужели Левон? – задала сам себе вопрос, и стал внимательно вчитываться в текст рукописи.

«Весной 1872 года дед Левон слег и через две недели его не стало. Прожив долгую, наполненную хорошими делами жизнь, он до последних дней оставался нужным семье и обществу человеком в семье и обществе.

Его богатейший опыт был нужен людям, и он не скупился на доброту, был удивительно терпеливым учителем, передавая свой богатейший опыт людям. Память о могучем Левоне сохранилась среди односельчан. Пережив жену почти на десять лет, не будучи обузой, он умер в возрасте 98 лет».

Марина закончила мыть посуду и собиралась идти укладывать спать внучку, как в гостиную вошёл Семён и заявил:

– Сергея в армию забрали, – сглотнул и добавил, – на двенадцать лет.

– Кого? – испуг был явно написан на лице супруги.

– Прадеда моего. В армию. В 1873 году.

– Да ну тебя. Ты со своими предками до инфаркта доведёшь.

– Нет, ты прикинь. Дед Левон умер, Якову шестьдесят один год. Немолод, да? Сергей не женат и на двенадцать лет в сапоги.

– Ничего. Ты же здесь. Значит, всё образовалось. В вашем роду в привычке иметь поздних детей.

– Я думал, ты посочувствуешь моим предкам.

– Сочувствую и жалею.

Да, им видимо тяжело было, но мне надо идти Лизу укладывать спать.

Да, эффекта, которого хотел добиться Семён, не получилось, и он вернулся в свой кабинет. На подходе прислушался. Вроде ничего. Взялся за ручку двери и услышал взрыв. Резко открыв дверь, он влетел в помещение… На столе в полной тишине горела свеча в подсвечнике.

– Ну что, чувствую скоро психушку вызывать надо будет.

«Ранним утром 14 июня 1877 года в густом тумане, намного севернее Добрудже, в районе местечка Зимницы, русские войска начали форсирование Дуная своими основными силами».

– Ах, вот оно что…

«Рота, в которой был Сергей, входила в головной отряд генерала Гурко и форсировала Дунай среди первых».

Семён встал и подошёл к окну. Вгляделся в темноту.

– Темным темно и ничего, – как-то нараспев произнёс он.

Вдруг, показалось, что в темноте происходят какие-то движения. Чем больше Семён напрягал зрение, тем чётче ему виделась картина, картина боя.