Американские горки. Рассказы и повести

Далее следы разведчицы теряются. Однако, заслуживающие доверия источники сообщали, что лёгкая на подъём авантюристка впоследствии стала главным действующим лицом очередной провокации ЦРУ, цель которой на момент её проведения также была весьма туманна. Говорят, что агента Смит значительно омолодили при помощи пластических операций и криогенной камеры, изменили имя на Саманту и под видом простой американской школьницы, написавшей письмо Генеральному секретарю ЦК КПСС Андропову, снова заслали в Советский Союз.

ВКУСНАЯ ИСТОРИЯ ПРО ГЕНЕТИКУ

Варвара Александровна Кулибина хоть и не имела никаких родственных связей с прославленным изобретателем, но наклонности проявляла явно технические. Поэтому никто не удивился, что после десятилетки девушка пошла учиться на инженера. Даже мать, привыкшая по поводу и без округлять вечно залитые зенки, и та восприняла данную новость на редкость обыденно.

– Мам, я поступила в политехнический! – поделилась радостью вчерашняя абитуриентка, едва переступив порог запущенной типовой распашонки, что давно облюбовала для посиделок местная алкашня, но с брезгливостью обходили стороной знавшие меру соседи.

– Да? Лучше б винища принесла! – послышался звон падающей порожней тары, а одна бутылка долго катилась, прежде чем затормозить о чугунную батарею. Неухоженная, с папиросой в жёлтых зубах физиономия выглядевшей в сорок лет безнадёжной старухой родительницы высунулась из оккупированной тараканами кухни.

– Чтобы образование было! – девушка тщетно силилась отыскать в угрюмом взгляде опустившейся женщины остатки хоть чего-то человеческого. – И чтобы из дерьма этого вырваться!

– Чушь это всё! – безапелляционно констатировала пропойца. – У меня вон два высших, а толку – пшик.

– Пить надо меньше! – дочь испытала сильное желание запустить в непутёвую мамашу тортом, но в последний момент с трудом сдержалась.

– Ты на кого руку поднимаешь, коза драная! – погрозила кулаком забулдыжка.

– Как тебе не стыдно! – горемычное дитя поставила коробку с тортом на пыльное трюмо, переобулась в ветхие шлёпанцы, которые были давно ей малы, и, давясь горькими слезами, удалилась в свою комнату.

Двери в детскую не было. Кто-то из маменькиных собутыльников в похмельном синдроме снял её с петель и обменял на пол-литра пива.