Счастье?

Реакция Дениса меня не сильно удивила, слишком хорошо я его знал:

– Молодца, брателло! Рад за тебя, конечно, только пойми одно: настоящая свобода – это жить без начальника, а вставать без будильника. Вот когда сможешь себе это позволить, тогда и поговорим!

Тут мы пустились в длинный и нескончаемый диалог, тянущийся у нас с Денисом, наверное, с тех пор как он покинул свой пост в «четверке». Он упорно твердил – жизнь в корпоративном формате превращает человека в инвалида.

– Помнишь у «Ноля» песню про инвалида нулевой группы?

Я кивнул.

– Вот в таких инвалидов и превращает! Хотеть – хочет, а мочь – уже нет!

– Нет, дружище, это смотря с какой стороны посмотреть! Кто-то пропускает весь гнилой базар мимо себя и остается в норме. А кто-то начинает верить – это и есть настоящая

жизнь, и становится офисным зомби. Есть и такие, кто вовремя просекает и сваливает к чертям, как я.

– Ты Ане скажи спасибо, – замотал головой Денис, – она ведь тебе всю плешь проела, чтобы ты валил оттуда скорее.

– И какой же?

– Не понимаешь? Чтобы ты под боком был! Она с тобой где познакомилась? В офисе, так сказать, в водовороте кипящей работы, а теперь, когда ее в этом офисе нет, вдруг какая другая красавица тебе под руку подвернется? А проекты ваши в разных Мухосрансках и Кислодрищенсках? Сколько ты там пропадал? Месяца по три?

Я снова кивнул. На одном тренинге учили делать вид, что вроде принимаешь, но не соглашаешься и таким образом, не вступаешь в конфронтацию.

– Ну вот! А что ты там делаешь? Непонятно!

– Но я ведь ее люблю! И Аня это знает!

– Знает! – с издевкой передразнил меня Денис. – Знает, ты вроде как порядочный и сам к девкам первым не подкатишь! А если кто на тебя полезет, устоишь?

Я пожал плечами, мол, откуда я знаю, там видно будет, а потом на экране замелькали красные футболки MU, и разговор сам собой трансформировался в односложные восклицания, чередовавшиеся сентенциями типа «давай!», «красава!» и «ну что такое?».

Не успел закончиться матч, как у меня загудел телефон – пришло сообщение. Я даже не шевельнулся, не надо быть Нострадамусом, чтобы угадать отправителя и примерное содержание. Во всяком случае, там не окажется фразы: «Как ты, дорогой? Я скучаю». Скорее всего, на экране я увижу: «Долго еще будешь шляться?», либо «Ты домой собираешься?», или в лучшем случае «Купи молока». Я глянул на часы, время было позднее, около десяти.

– Ладно, давай закругляться, – сказал я.