Блондинка сдавала в багаж…

Кто рожден добропорядочным, нарушать не должен. Против природы не попрешь.

Подавив внутренний протест, я отметила-таки нужный квадратик, ненадолго притормозила на «ядовитых и сильнодействующих веществах и лекарствах» (у меня с собой целая аптечка, причем кое-что действует весьма сильно, однако это, вероятно, тоже не считается?), с удовлетворением отвергла «радиоактивные материалы» и в ужасе вскрикнула.

– Нет у вас этого, нет! – нервно повторил Алекс, заглядывая мне через плечо.

Поверить очень хотелось, и я на всякий случай перечитала вслух:

– Объекты флоры и фауны, их части и полученная из них продукция.

Они издеваются над нами, что ли?

– У меня футболка из хлопка, – проинформировала я. – Получена из флоры и фауны. Еще еда – флора и фауна с примесью химикатов, наверняка сильнодействующих и ядовитых.

Амбал, сидящий напротив меня, весело заржал, зато Маргарита Васильевна озадаченно подтвердила:

– Это правда.

– Да, правда, – легко согласился Алекс. – Но если вы ее напишете, всю группу задержат на таможне. Вам это нужно?

Законопослушность заткнулась, не выдержав испытания реальностью, и я быстро проставила оставшиеся галочки, после чего мы с Настей отправились в кафе. Там я с изумлением обнаружила, что подруга моя отчаянно нервничает. Я, и сама немного переживая, утешительно улыбнулась:

– Ладно, не одни мы такие. Мне кажется, все пройдет без проблем.

– Это тебе кажется, – мрачно ответила Настя.

В голосе ее было столько уверенности, что мне стало не по себе.

– Думаешь, надо было указать в декларации правду? – уточнила я.

– Да забудь ты про декларацию! – возмутилась подруга. – И не делай вид, что ничего не видела. Причем учти – это на две недели. День и ночь. Пусть даже только день, все равно мало не покажется.

Я задумалась. Что я должна была видеть? Автобус вроде бы нормальный.

– Ты о чем? – наконец, устала ломать голову я.

– О рыжих близнецах, – шепотом, словно нас могли подслушивать, сообщила Настя. – О чем же еще?

– О рыжих близнецах? – ошарашенно переспросила я.