Яркие огни, Большой Будда

А на рассвете ее бы высаживали у ее лофта в СоХо[12 - SoHo – южная часть улицы Хьюстон (South of Houston Street), название придумано градостроителем Честером Рапкиным, созвучно с лондонским Сохо – районом в Вест-Энде.].

Она проспит до полудня, а потом проснется, чтобы забрать с порога последний выпуск Women’s Wear Daily[13 - Women’s Wear Daily – популярный журнал об индустрии моды.], приготовить эспрессо и прослушать бесчисленное количество сообщений на автоответчике от модной мафии.

В свою кассетную деку Nakamichi[14 - Nakamichi – японская компания, основанная братьями Накамити, ведущий производитель кассетных дек.

Сегодня у нее нет работы. Она нарезает пять дорожек кокса на своем стеклянном обеденном столе и быстро нюхает их. Перематывает кассету до отрывка: «Ты можешь всю жизнь прожить в одиночестве» и думает о своем дружке-фотографе Урисе, который улетел на съемки на Гаити.

«И правда, одиноко», – говорит она, протягивая руку за фаллоимитатором, но, решив, что не в настроении для такого возбуждения, кладет его обратно на обеденный стол.

Она открывает журнал. Под заголовком «КТО ОН?» размещена история о киновечеринке, на которой она была прошлым вечером: «КТО ОН?», Майкл Мусто[15 - Майкл Мусто – американский журналист, долгое время писал о ночной жизни, вел колонку сплетен в «Голосе Гринвич-Виллидж», автор многочисленных обзоров и интервью.

Неизвестный клаббер на вчерашней вечеринке в «Лаймлайт» украл представление, созданное для дебютного фильма Пирса Броснана «Кочевники». Молодой человек в сером костюме от Армани и мокасинах от Гуччи (на босу ногу) сделал дурную пародию на ирландца, известного своей ролью в телесериале «Ремингтон Стил»[16 - «Ремингтон Стил» – сериал, в котором Пирс Броснан сыграл главную роль.]. Говоря на чистейшем английском языке, как в передачах BBC, этот незваный гость всю ночь держал пресс-корпус в замешательстве, а потом исчез так же таинственно, как и появился.

Глава 5

СУББОТА, 18 ФЕВРАЛЯ 1984

Ночные угарные вечеринки у Энсила начинали действовать мне на нервы. И дело было не только в том, что музыка, доносившаяся из его комнаты всю ночь напролет, мешала мне спать, но и в том, что у Энсила и его весельчаков неизбежно начинался жор в два часа ночи.