Конструктор времени 1. Три с половиной недели в настоящем

Лика

Те два года, что я не видел дочь «своего» дядьки, сделали с ней невероятное! Из тощего угловатого утёнка вышла сказочная принцесса. Голос, глаза, тонкие пальчики, волосы и фигура. Это всё сияло!

Неудивительно, что я не смог её узнать. Она стала волшебным видением.

Но, вероятно, ничто в природе не бывает без отдачи. Баланс добра и зла должен сохраняться и первое, что, переступив порог, сказала Лика:

– Ну, чего уставился!

Сразу видно, достойный продолжатель дела мамочки! Правда, Анжелика тут же сама смутилась.

Димка, как только увидел, что ко мне пришла красивая девушка, стал быстро собираться:

– Ладно… Мы завтра поговорим – и заторопился к своей безразмерной куртке у порога. Я хотел его остановить, но Димка и слушать не хотел. Когда он уже застёгивал ботинок, Лика снова подала голос:

– Подождите, у меня только два слова…

– И оба ты, подруга, уже сказала… – тихо проворчал я, надеясь что сказанное прекрасное существо не расслышит.

Но Лика услышала, поэтому разозлилась ещё больше:

– Я… вообще… и не собиралась… – в глазах сверкали молнии. – Это папка просил в этот день принести.

И она со злостью сунула мне в руку сложенный листок пожелтевшей бумаги. Я взял. И стал растеряно вертеть в руках. Сразу кольнуло: что-то здесь было явно не так!..

Её «папки», то есть, дяди Вити уже два года как нет, и эта бумажка лежала где-то и дожидалась именно этого дня… И именно этого момента, когда я занялся часами, намереваясь махнуть в прошлое, чтобы побеседовать с Виктором Александровичем.

Лика нетерпеливо попыталась оттолкнуть со своего пути тяжёлого Диму, чтобы пробиться к выходу. Но это ей было не под силу. Димка сам себя сдвигал с трудом. Так они и застряли.

А мне предстояло теперь, как сумею, разрядить начавшую взрываться обстановку.

– Стоп-стоп! Лика, оставь в покое дядьку Диму! Ты его уронишь и он разобьётся…

Странно, моя неуклюжая шутка, возымела действие. Девчонка, перестав толкать Профессора, повернулась ко мне и расцвела улыбкой. Теперь я видел, что это выросшая девочка и есть моя… какая-то там сестра. Я помнил это лицо в окружении пелёнок, и тоже улыбнулся.