Юкагиры

Все это было той порою,

Когда в весенней чехарде,

Даайыс! встретился с тобою

И стал судьбою Петердэ.

Не раз подумала Даайыс —

Не зря якуты говорят:

«Ты выйди замуж за того лишь,

Глаза чьи, как огни, горят.

Пусть будет он в руках с клюкою,

И пусть, с сумою на плечах,

Пусть будет он бедняк собою,

Но ласков будет пусть в речах.

И коль в тордохе будет счастье,

Тогда в достатке будет пищи,

Тогда сэпсэ[5 - Сэпсэ – дверь] для всех открыта,

Здесь рады будут даже нищим…»

Был Петердэ хитрей лисицы,

И глаз орлиный его зорок,

На ноги был он очень скорым

И на охоте смел и ловок.

С копьем ходил он на медведя,

Ведь нет у Петердэ ружья,

И быт в селенье очень беден,

Но не страдала тем семья.

Багрил он рыбу, снасти ладил,

И в доме был налим и чир.

Здесь потрохами вкусно пахло,

С юкол[6 - Юкола – вяленая рыба] висевших капал жир.

Счастливых дней не сосчитаешь.

Как долгожданны были дети!

Казалось даже, в целом мире

Семьи счастливей нет на свете.

Цветов охапки приносил он

Весной, в их бурное цветенье,

И собирал он вечерами

Для дочки милой ожерелье…

Все это было… Но однажды

Пришла холодная весна.

И в жизни всех все изменила:

Но чья же в этом всем вина?!

Что осень щедростью своею

Земли в тот год не одарила,

И малость ту, что людям в радость,

Холодными дождями смыла:

Голодный зверь в низовья речек

Бежит, он всюду ищет пищи,

И уж не манит берегами

Река летящей мимо дичи…

В четвертую луну[7 - Четвертая луна – декабрь месяц: счет ведется с сентября до мая] в селенье

Что делать?! Люди голодали.

И в дальние края мужчины

Багры, оружие собрали.

Ушел и Петердэ. В путь дальний

Его, как все, ты проводила,

И вдруг тоска тебя сковала,

И сердце, словно зверь, завыло.

И холодней казались ночи,

Нет в небе ни одной звезды…

И вдаль смотрела ты сквозь слезы,

Но не найти его следы…

И не найти теперь дороги,

Где счастьем были дни полны,

Где слез горючих и печали,

Разлуки были не видны.

**************************

Мужчины с промысла весною

В селенье возвращаться стали,

Делили дичь они дворами

И зверя дружно тушевали.

Глаза людей светились счастьем,

И всюду – лишь улыбки, смех.

Селенье вспомнило про время

Былых забот, былых утех.

Вот все давно уже вернулись,

Лишь только он не возвратился;

Все говорили, что работать

К купцу Потонче подрядился.