Мотыльки летят к свету

Теперь можете строить свое будущее без оглядки на меня.

Михаил встал и пошел в сад. Наташа с ужасом в глазах проводила его взглядом. Ефим был абсолютно спокоен, с удовольствием поглощая любимый салат оливье.

За воротами раздался шум.

– Ефим, это Миша уезжает. Останови его.

Ефим продолжал уплетать салат, не обращая внимания на слова жены.

– Ефим, пожалуйста, не пускай Мишу, – взмолилась Наташа.

– Мне он не нужен. Тебе нужен, иди, уговаривай.

Наташа побежала к воротам, но машина уже сорвалась с места.

– Я уйду от тебя, – с плачем закричала Наташа.

– Удерживать тебя не буду, – спокойно отреагировал Ефим.

Бутылки коньяка и водки стояли на столе не открытыми. На сковородке жарились купаты. Ефим взял со стола грушу и вошел в дом. Наташа бросила убирать со стола, села в кресло и горько заплакала.

С утра она уехала на работу, и Ефиму пришлось заняться уборкой веранды. Затем он пошел в комнату, чтобы работать над книгой, учебником спецэлектрометаллургии.

В четыре часа вечера у ворот дачи остановилась машина.

– Пап, ты где? – раздался зычный голос Михаила.

– Люба, он, наверное, спит. Зайдем на веранду, оставим там вещи, а потом я загляну в дом и его разбужу.

– А ты уверен, что он дома?

– Калитка открыта. На веранде включенный компьютер. Он где-то здесь.

– Миша, а душ сейчас можно принять? Очень жарко.

– Сейчас разыщу отца, познакомлю вас, и тогда сможешь охладиться.

– Миша, не мучай девушку. Иди лучше включи нагреватель, а то вода очень холодная, девушка может простудиться.

Ефим был в джинсах, футболке, подчеркивающей его спортивную фигуру, и легких сандалиях.

– Здравствуйте, – застенчиво пролепетала Люба.

– Здравствуй, красная девица! Проходи и будь царицей, – улыбаясь, приветствовал гостью Ефим.

– Не ожидала, что так быстро можно стать царицей, – смеясь, отреагировала девушка.

– «Батюшки, как похожа на мать, только еще красивее», – подумал Ефим, пожимая руку Любе.

Глядя смело в глаза Ефима, Люба, усмехаясь, заметила:

– А я знаю, о чем вы сейчас подумали.

Сделав страшные глаза, Ефим прошептал:

– Ради всего святого, не выдавайте моей тайны.

Люба звонко рассмеялась:

– Буду по возможности молчать, чтобы Миша не мог узнать и моей.

Ефим, по-доброму улыбаясь, обнял Любу за плечи и прижал к себе. Миша заявил, что нагреватель он включил.