Приснись мне. Я не хочу просыпаться

Она считает это интересным и увлекательным.

Ей захотелось нарисовать влюбленных, но сидящая спиной девушка немного смущает. Хотелось бы, чтобы она хоть немного была повернута к Кристине лицом, но кроме светлых прямых волос и хрупких плечиков ей ничего не дано увидеть.

«Вот бы она хоть немного повернулась…» – подумала Кристина и со вздохом сделала глоток уже немного остывшего напитка.

Но парочка так и продолжила мило ворковать. По крайней мере со стороны казалось, что они просто наслаждаются обществом друг друга.

Единственное что ей было дано испытывать в этом, это то чувство, когда она рисовала какие-нибудь рисунки о любви. Когда она рисует – она живет рисунком. Она чувствует то, что изображает на белом полотне. Каждый штрих, каждая деталь наполнена смыслом и эмоциями.

Вот девушка медленно поднялась на ноги, обошла стол и оставила легкий поцелуй на щеке парня. Кристина даже не успела обратить внимания на ее внешность, а девушка уже быстро повернулась на сто восемьдесят градусов и стремительно куда-то пошла, мягко ступая белой подошвой кроссовок по асфальтированному участку.

Ей нравится наблюдать за ним, нравится видеть, как легкий ветер шевелит темные волосы, а глубокие карие глаза смотрят куда-то вдаль, на ярко-голубое небо.

Со стороны кажется, что он задумался над чем-то серьезным: брови сдвинуты к переносице, ладонь лежащая на столе, сжата в кулак.

* * *

Кристина почему-то резко перестала рассказывать, и я с недоумением посмотрела на нее.

– Почему ты замолчала? – спрашиваю я, смотря на неуверенность, которая отразилось на ее милом лице.

– Ну, Крис, даже мне интересно! – произнес Марк и ближе пододвинулся к пепельноволосой. – Ты просто взяла и нарисовала его?

Кристина обвела нас всех сомневающимся взглядом, после чего вздохнула и сказала:

– Нет, я не просто перерисовала его…

* * *

Блокнот и пенал с карандашами оказался вынут из рюкзака, девушка быстрыми штрихами сделала наброски сидящего через несколько столиков от нее парня, который замер так, словно специально позировал для портрета.

Кристина никогда не чувствовала ничего подобного, когда рисовала прежние свои творения.