Не люби. Моя любовь тебя погубит

Мне просто захотелось расслабиться.

Вздохнув, я плюхнулась рядом с ним, просто не зная что сказать. Он так неожиданно появился в моей жизни, сказал, что не может быть мне другом, поцеловал, убежал, а сейчас пьяный приперся ко мне в квартиру. Это можно считать нормальным? Думаю, нет. Хотя черт знает как принято в этом городе.

Почувствовав на себе его пристальный взгляд, я повернула голову и встретилась с карими глазами, который так внимательно меня изучали.

– Хорошенько же эти придурки тебя потрепали… – заметил он, протянув руку и коснувшись ссадину на моей скуле.

– Нет, не надо! – я перехватила его ладонь, смотря прямо в глаза. – Ты этим ничего не изменишь! Только хуже все сделаешь и сам ещё больше пострадаешь…

– Ты думаешь, я боюсь пострадать? Я редко делаю хорошие дела, но эти недоумки просто…

Он замолчал и отвёл взгляд в сторону, рассматривая откуда-то взявшиеся фотографии на стене.

– Это ты на фотографии? – спросил он, переводя тему. Вадим кивнул в сторону моего выпускного в девятом классе, где я стояла с фиолетовым аттестатом и в красном платье в пол. В тот день мама плакала и постоянно причитала, что отец был бы очень горд мною.

– Просто что? – спросила я, возвращаясь к прежней теме и не отвечая на заданный мне вопрос.

– Что? – не понял он, а меня это уже начало раздражать. Не люблю пьяных людей.

– Ты говорил, что эти недоумки просто… Просто что?

– Они не имеют права касаться тебя. Не имеют права оставлять хоть какие-то свои метки на твоём теле! – шепотом сказал он и освободил свою руку из моей, снова касаясь той ссадины на моем лице. А я и не заметила, что продолжала держать его за руку.

– Мне больно… – так же шепотом сказала я, не в силах отвести свой взгляд от его лица.

– Прости.

Он отдернул руку и откинулся на спинку дивана. Будто очнувшись, я тоже отвернулась от него и уставилась на одну из фотографий, где была с отцом.

В этот день мы ходили в парк аттракционов, где катались на всяких каруселях и ели сладкую вату. Мама сфотографировала нас в тот момент, когда мы с папой делали друг другу усы и бороды.

Встав с дивана, я подошла к этой фотографии и сняла ее со стены, кончиками пальцев касаясь изображения отца. В носу защипало, и я почувствовала, как глаза стали гореть.