Свиньи во тьме

В сюртучке (зеленом) и жилетке (оранжевой), в которой есть карман для часов на цепочке. Только цилиндра не достает. А монокль – ну тот на месте.

– Чего изволит благородный свин Вонючка? – спросил Шмыгин. Он любил делать вид, что ужасно, ужасно занят, и топорщить усы.

– Сержант Вонючка, – поправил я его.

Наверное, заяц-официант владеет какими-то чарами. Пострел вырос прямо из воздуха, уже с подносом. Мой грозный взгляд его ничуть не смутил. Парень не промах.

Шмыгин поглядел на своего подчиненного, и тот испарился.

– Итак? – Хозяин постукивал лапкой.

– Принеси мне бумаги и писчий прибор, будь так любезен, – сказал я. Капуста с луком и подсолнечным маслом пахла великолепно. Здесь она самая лучшая. Хрустящая. А еще огурчики. Поколебавшись, я решил оставить их на потом.

– И все? – надулся кролик.

Я указал ему на второй табурет.

– Когда принесешь, сядем – и поговорим.

Шмыгин покосился на меня. Что, чувствует каверзу? Сейчас у него одна забота – сохранить репутацию заведения, сильно пошатнувшуюся после убийства Чмока.

Не говоря ни слова, кролик удалился. Не так быстро, как тот официантишка. Я поглядел, где же заяц. Он обслуживал других клиентов. Троицу выдр, которые заказали знаменитый по всему Вареву рыбный суп.

Наши кабаны не появлялись. Ну, я им задам.

Капуста была космической вкусноты. Я наяривал, привлекая к себе всеобщее внимание. Свин – одно слово. Пиво лилось мне на грудь и живот.

Шмыгин принес письменные принадлежности. Видимо, свои. Дорогой прибор. Бронзовый с золотой инкрустацией. Бумаги тоже не пожалел – пять листов самой дорогой.

– Садись, брат, – хрюкнул я.

Кролик, мрачнее тучи, влез на табурет.

– Какие настроения у публики?

– Обыкновенные, сержант.

– Ты все видишь и слышишь. Так какие?

– Что вас интересует?

Я поскреб щетину.

– Что говорят о Бригаде? О свинах?

– Понятия не имею. – Шмыгин поглядел на меня. Его нос так и плясал.

– Мы так и не знаем, кто пустил кровь Чмоку. Это тебе не пуп царапать, морковная душа!

– Я понимаю. Но я тут причем?

– По секрету, Шмыгин. Мне поручили возобновить расследование. И рыть я буду глубоко. Поэтому лучше тебе сотрудничать со мной. – Я сжал кулачище и стукнул, легонько, им по столешнице. Стол выдержал. – Если будет так, как я хочу, получишь вознаграждение.

– Сколько?

– Ага, вот глазенки и засветились, – захрюкал я.