Ковчег-2020. Стихи и проза костанайских авторов

Я это знаю!

Знаю ещё, что оно уступает жизни

(в «схватке за жизнь» «не на жизнь, а на смерть»);

только не дал бы за жизнь я и свой мизинец,

а за искусство пошёл бы… Хоть «курам на смех»

я бы пошёл, или на мыло – шеям,

собственной шее – на мыло и на верёвку…

Это метафоры только… меня нежнее

трудно найти и преданней той чертовке,

что называют жизнью, люблю её я!

(Речь не о той, что бьёт и имеет хватку,

жизнь как омоним жизни: зовясь любовью,

жизнь вступает лишь в схватку

со смертью и в родовые схватки).

…только лишь слово. Другой разговор – искусство,

есть оно, есть; и ни съесть его, и ни выпить,

и целовать его, и обнимать до хруста

также нелепо, как сахар на рану сыпать…

Знает любая девочка, в юбочке и сандалиях,

раны и огурцы посыпают солью.

Не потеряться не просто в прекрасных далях —

в этих глазах – как озёра, как лес и поле.

В этих глазах полыхают-горят закаты,

и зажигают во встречных сердцах рассветы…

Так и искусство, которого, знаю, хватит,

чтобы зажечь все светила и все фонари на свете.

Что есть искусство, которого нам не выпить,

как ни пытайся выпить его с друзьями?

Может, искусство красной подобно сыпи,

если болезнь Прекрасной подобна Даме.

* * *

В тёмной комнате… может, квартиры… «хрущёвки»…

может, отеля на каком-нибудь Парк-авеню…

мы, побросав с себя лишнее – джинсы, футболки, кроссовки, —

слились губами… и чувствовал я – как прикасаюсь к огню…

Или к источнику утоляющей жажду влаги,

что спасает жизнь путнику, блуждавшему сорок лет в песках…

Ты выбросила предо мною белые флаги —

а я позабыл своё имя… заботы свои и страх…

Или то было снежной, морозной зимою,

я закрывал от ветра тебя… дома шубу снимал, расстёгивал сапоги…

Ты везде и во всём, ты теперь навсегда со мною…

Каждый миг тебя вижу и слышу твои шаги…

***

В клетках памяти обретаем мы бытие,

и для каждого клетка отведена своя…

Даже если о саде неведомом нам поём

и не видим вырытых между словами ям.

На листе бумаги среди молодых могил

оставляешь след запятые былую боль

засыпаешь яму думаешь: … помоги!

…и тебе помогает. Ты помощи рад любой.

А под утро ты засыпаешь

глубоким сном,

словно снегом – землю,

память и речь. Ты нем.

Рыхлый сон тебе сыплет за шиворот, ты же в нём —

растворяешься, настежь… становишься ты никем

или всем, что одно и то же.