Ковчег-2020. Стихи и проза костанайских авторов

В мареве лжи, это ль видит Всевышний —

вновь погибает народ,

сок исчерпала весь «зимняя вишня»,

завтра за кем смерть придёт?

Снова погиб кто-то в «Скорой карете»,

кто-то, шагнув из огня,

кто же за жизни погибших в ответе —

тот, кто прошёл сторонясь,

кто побоялся в глаза глянуть людям,

что потеряли детей,

да, безусловно, всех время рассудит,

мы согласимся затем…

Новые, новые гибели жертвы,

траурный колокол бьёт,

в память погибших свеча плачет в церкви,

каждый молчит о своём.

В трауре все разговоры излишни,

мать поминает детей,

новая где завтра «Зимняя вишня»

станет виною потерь?

***

Один я здесь – в квартире ни души,

а ведь ещё вчера все были дома,

ещё я помню, как с детьми спешил

в торговый центр в День рожденья Тёмы.

Стоит кастрюля с супом на плите —

его ещё вчера сварила Лена,

из детской я всё слышу смех детей,

но я один, один я в этих стенах…

Кроватка. В ней сынишка спал Данил,

а вот и их зубные щётки в ванной.

Как жить мне одному теперь без них,

один я жив, нет больше Лены с Анной…

Кровать, одежда – всюду запах их,

такой родимый и такой домашний,

как отпустил я их тогда одних,

что нет их рядом – мне поверить страшно!

И вот уже сколочены гробы,

готовы обелиски на погосты,

ах, как хочу сейчас я с ними быть,

а не ходить с цветами только в гости…

Молю теперь я Бога каждый час —

Дай счастья всем им в Царствие небесном…

Пусть ангелы заботятся о вас,

и, лишь благие окружают вести.

***

У зимнего окна мы вспоминаем детство:

меж стёкол ватный холм, да искорки слюды,

вновь чай с малиной нам, как от печали средство,

пока метель крадёт за окнами следы,

летая на метле со сказочною свитой,

как в детстве раскачав стекляшки фонарей,

и мама вяжет вновь с оленем тёплый свитер,

и, кажется, метель от этого добрей.

Закон неумолим и мы во власти цикла,

и кто-то, но не мы, сегодня у окна.

Ах, сколько волшебства к нему опять приникло

и от метельных грёз, как в детстве не до сна.

***

Снег, а тебе здесь не рады,

сидел бы ты лучше дома,

разглядывал туч наряды,

мучаясь лёгкой истомой.

А дети тебя мочалят,

ответь, для чего ты выпал,

и это твоё молчанье

хуже, чем крики у выпи.

Таешь под чьей-то подошвой,

будто сожжённый лампадой,

снег, вниз не падай больше,

сверху смотри и не падай.