Долг Айвиэна

Впечатление лишь усиливалось от зрелища преображения.

– Масэхутос, – сорвалось с уст крылатого человека.

Это слово – ругательство – возникло в памяти Айвиэна само собой. Оно принадлежало языку столь древнему, что едва ли кто-то в Инаурейме помнил о его существовании. Юноша не был уверен, память которого из предыдущих Хранителей подсказала это выражение, но знал – многим из них приходилось произносить его. У слова не было точного перевода на другие языки. Оно означало нечто омерзительное, противоестественное, и извращённое настолько, что само словно сочилось отвращением.

Совершенно неосознанно для себя Тёмный Хранитель поморщился.

К счастью или худу, но сейчас оставалось лишь ждать. Такие проявления могущества крови были устроены так, что на происходящее нельзя было повлиять извне до тех пор, пока оно не достигнет естественного окончания. Впрочем, едва ли Айвиэн был расстроен задержкой. Напротив, она давала ему возможности. Клинок, взятый из Элбонциха, едва ли подходил для боя с таким противником.

И времени, что понадобится на преображение, будет более чем достаточно, чтобы найти более подходящее оружие.

Мысленно отдав кроуверам приказ оставаться на своих местах, бывший вор взмахнул крыльями и взмыл вверх, подняв под собой облачко пыли и песка. Стоявшие на стене караульные заворожено следили за тем, как тёмный крылатый силуэт описывает дугу и изящно приземляется среди них ровно посередине стены. Сопровождаемый удивлёнными и по-детски любопытными взглядами, Хранитель огляделся.

Алые глаза без труда нашли среди орцинтаев воина, державшего в руках массивный клинок, способный одним ударом разрубить лошадь вместе с всадником. Бывший вор подошёл ближе и протянул руку в сторону караульного.

– Могу я одолжить это оружие?

Пребывая в состоянии шока, орцинтай протянул было оружие крылатому человеку. Однако в последний момент, он опомнился, преклонил колено и, положив массивный клинок на распростёртые ладони, протянул его бывшему вору.

Примеру караульного последовали его собратья и также склонили головы.

– За честь почту, – только и смог прошептать орцинтай, не без труда удерживая оружие на вытянутых руках.

Айвиэн едва заметно поморщился. Разумеется, орцинтаи уже поняли, кто встал на защиту их города. Но сейчас было не до церемоний. Коротко кивнув, Айвиэн обхватил рукоять – насколько хватало ладони – и вновь взмыл вверх. Завороженные взгляды вновь сопровождали его.