С неба не только звезды

Кстати, в «Колизее» перед сеансами играл оркестр и певица (или певицы) исполняли романсы или советские песни. Нам это нравилось.

А зимой перед «Колизеем» был замерзший пруд, расцвеченный огоньками и с утра до вечера гомон – каток!

Но позже о катке, сначала о пруде.

Но лучше чуть-чуть повременим.

Просто с определенного времени я стал часто бывать в районе Покровских ворот. Меня, видно, судьба тихонько подталкивала в одно место, чтобы я бывал здесь, у Чистых прудов.

Что оказалось. Папа и мама, приехав в 1920-х годах в Москву, сняли комнату в полуподвале на Яузском бульваре.

Я даже потом нашел этот дом.

Через бульвар и Чистые пруды, напротив «Колизея» находилось издательство «Московский рабочий». Оно появилось в 1938 году, а до этого производственные помещения занимало издательство «Крестьянская газета». Директором был мой отец.

После окончания школы я пошел работать в организацию в Кривоколенном переулке, что прямо выходит на Чистые пруды, где я прошел курс «молодого грузчика».

О чем вспоминаю с теплотой и печалью.

Так вот – водоем. Он был уж не такой и маленький и звался до 18 века поганой лужей. Он и был таким. Еще бы. Его окружали мясные лавки и бойни. В пруд аж с Мясницкой улицы и окрестных лавок выбрасывали все отходы. Дух в этой местности был труднопереносим даже для бывалых москвичей, которые уж, кажется, все повидали и ко всему притерпелись.

В начале 18 века поселился недалеко Александр Данилович Меньшиков, известный соратник Петра I.

Он приказал лавки убрать, пруд – вычистить, везде посадить цветы. И чтобы – никакой вони! И пошло название – не поганая лужа, а Чистые пруды.

Вот так мы катались уж в Чистых прудах летом на лодках, а зимой – каток.

У нас, ребят двора, сложился ритуал: по возможности быть вместе. Это и понятно. Пацаны везде разные, а мы ведь и в походах в кино, и на катке были все-таки на чужой территории. Как говорится, береженного Бог бережет.

А район Чистых прудов продолжал нас манить и покорять.

Кривоколенный переулок. Я работал там грузчиком. И меня любила Роза Николаевна. Но главное, здесь, в этом переулке, жили Галич, Карамзин, известный аптекарь Феррейн. А в конце был дом друга Пушкина, в котором он и бывал, и ночевал. И даже читал своего «Бориса Годунова».

На углу Чистопрудненского бульвара стоит «доходный дом». Его построили в стиле модерн для хлеботорговца Рахманова. После войны нас, ребят, часто посылали в рыбный магазин этого дома.