Стрекоза на палубе

В Шотландии далёкой ветры носят

Средневековый запах скисших лет,

Когда Томас Лермонт творил знаменья,

Хватаясь за мистическое тленье,

Угрюмый предок и к тому ж поэт.

В Россию корни проросли пророка,

В России всё под спудом спит до срока.

Вдоль Мойки Пушкин катит на дуэль.

Жена его слепа, царь смотрит в окна –

Заиндевели от мороза стёкла,

Там в хлопьях тьма и страшная метель.

Погиб поэт, кто ж смерть его рассудит?

Мужик в деревне прост и не осудит

Ни высший свет, ни происки врагов.

Кто поумней – кидались в осужденья,

Прочитывая вслух стихотворенья,

Защекотавшие устои берегов.

Кавказ вдали – немые цепи гор,

Свободный воздух и души простор.

Полёт орла высок и незаметен.

Он смотрит вниз без посторонних глаз,

Вершины гор сияют, как алмаз,

Не замечая ход седых столетий.

Здесь пахнет вечностью, пронизан небосвод

Лучами солнца, вниз потоки вод

Летят вдоль скал, стоящих у стремнины.

Внизу туман, чуть дальше вьётся дым,

Разбросаны дома, где мчится к ним

Седой чечен, в тени наполовину.

Мартынов только повод, тяжкий сон,

Когда душа скорбит, со всех сторон

Её злой дух и мучит, и тревожит.

Когда становится язвительным язык,

И дни мучительно бегут на черновик,

И мысль одна другую не стреножит.

Убит спокойно, и не на войне,

Где много раз на боевом коне

Бросался на редуты грозной тучей.

Где шла резня, стреляли тут и там,

Стонали люди, воздух по полям,

А он казался сильным и могучим.

Теперь тщедушный, в тоненьком гробу,

Как фаталист, что испытал судьбу, –

Умолк и, выйдя тихо на дорогу,

О чём просил за год пред этим днём,

Всё получил, как некий ход конём.

Бог терпелив, нет тайн для Бога.

    31 января 2016 г.

Белый снег

Белый снег. Почему ты белый?

Сколько можно лежать под окном?

Гомонят воробьи оголтело,

Наполняя веселием дом.

Вдруг запахнет соломой, смолою,

Терпким дымом садовых костров.

И качнёт луна головою

Из каких-то дальних миров.

И пойдёт, пронесётся повсюду,

По оврагам и по полям,

Что закончились пересуды,

Что объявлен запрет белым дням.

И водой захлебнётся округа,

Застучит монотонно капель.

И притянется кто-то друг к другу,

И начнётся у них канитель.

Про любовь будут длинные песни,

И неважно, что в доме вверх дном.

Белый снег – надоел ты, хоть тресни,

Сколько можно лежать под окном?!

    16 февраля 2012 г.