Маскарад для эмигранта

Старик в белоснежной шерстяной безрукавке поверх серого свитера, широкий кожаный пояс на зеленых вельветовых брюках, на поясе с одной стороны маленький мешочек на шелковом шнурке, с другой фляга в кожаном переплете. Действительно, если добавить шпагу или пару пистолетов, получится боцман с «Острова сокровищ». Теперь они с майором приходили сюда обедать, здесь и нашел его полковник, забежавший на несколько минут; военный Севастополь уже жил напряженной жизнью, лихорадочно готовясь к предстоящей эвакуации. Встреча была теплой; о ранении он обмолвился вскользь: пустяки, скоро заживет, но с другой стороны даже хорошо, есть повод попроситься из армии.

– Попроситься из армии? – у полковника рука с ложкой остановилась на полдороге, – а куда ты намерен попроситься? К кому?

– Ни к кому. Уволюсь по ранению, и домой. Буду работать и воспитывать дочь. – Владимир уже решил не совета спрашивать у Полковника, а просто поставить в известность о своих намерениях, как о давно решенном деле.

Зайцев отставил тарелку; он задумался над тем, что сказал ему поручик.

Предложил перейти на французский язык: вокруг полно всякого подозрительного народа, кое-кто явно прислушивается.

– Володя, ты скажи мне, ты представляешь себе ту ситуацию, в которой мы все окажемся, боюсь, что менее чем через месяц?

– Представляю. Придут красные и все закончится.

– Для кого закончится, и чем?

– Не знаю. Для всех, наверное, и для всех по-разному … – У Владимира явно не столь безупречный французский, как у полковника, сейчас некоторые фразы у него выходят не совсем гладко.

 – Для меня – это окончание войны и, может быть, начало новой жизни; не знаю, я не провидец, но война, наверное, закончится.

– Ты ошибаешься, Владимир, если думаешь, что эта война может окончиться миром. Есть только один вариант: мы уходим отсюда в эмиграцию и потом, может быть, продолжим борьбу, если же мы остаемся, то наверняка все погибнем. Офицеры погибнут это точно, что будет с солдатами, сказать затрудняюсь.

Армия уйдет, и вместе с нею все желающие. Ты готовься к тому, что придется отплыть вам семьей. Конечно, трудности будут, но если остаться, то будет хуже.

– Но я решил остаться, меня никто силой не заставит уйти.

– Ясно, что не заставит, даже пытаться не станет, ты ведь взрослый самостоятельный человек. И останешься, конечно же, в Евпатории?

– А где же еще? Я и работу уже присмотрел, но не сразу, отсижусь с полгода, пока все не успокоится.