Эва ~ Вергилий. Коломенская дилогия

Ну так что скажешь?

– Нет, – без колебаний ответил я. – Плевать я хотел на твою подругу. Причины две. Во-первых, слишком большая разница в возрасте – практически в полтора раза, мне женщина постарше нужна. Во-вторых, ты уж прости, но для меня ты слишком красива: тебя одевать, холить, лелеять нужно, а это совершенно не мой уровень. Я уже давно всё обдумал: решение окончательное, пересмотру не подлежит.

– А как же дети? Ты им так понравился, – успела вставить Ия прежде, чем я отключился.

– Дети у меня есть свои, как ты знаешь, – ответил я как можно холоднее.

3

Я уже упоминал, что жизнь меня для моего возраста изрядно потрепала. Так что меньше всего на свете мне хотелось снова брать на себя какие-то обязательства: других детей заводить, а ещё того хлеще – чужих себе на шею сажать. Всяческие усыновления, удочерения, на мой взгляд, сплошная пропаганда. Я свой долг перед обществом выполнил, вполне могу пожить теперь и для себя любимого. А женщин вокруг, страждущих, жаждущих ни к чему не обязывающих случайных связей, – пруд пруди.

Когда-то я считал наших отечественных классиков неисправимыми романтиками, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что большинство из них достаточно трезво смотрело на жизнь. Вот, к примеру, наш суровый Николай Гаврилович Чернышевский, любимый герой которого, революционер Рахметов, на гвоздях спал. Не противоречил ли он себе, когда говорил: «Богатство – вещь, без которой можно жить счастливо. Но благосостояние – вещь, необходимая для счастья».

Но ещё лучше высказался на эту тему Лев Николаевич Толстой:

«Жениться надо никак не по любви, а непременно с расчётом, только понимая эти слова как раз наоборот тому, как они обыкновенно понимаются, т. е. жениться не по чувственной любви и по расчёту, где и чем жить, а по тому расчёту, насколько вероятно, что будущая жена будет помогать, а не мешать мне жить человеческой жизнью».

Убедились теперь, сколько сложностей? Обожаю классиков, всё-таки куда целесообразнее учиться на чужих ошибках, чем на своих собственных. Как вы считаете, к примеру, самому Льву Николаевичу удалось пожить в семье человеческой жизнью? Разве что в романах, в образах своих героев. И за одно то уже человечество практически два века не устаёт говорить ему «спасибо».