Зарево

Он подружился с Николаем и ввел его в поэтическое сообщество, которое раз в неделю собиралось в доме близ Пяти Углов. Николай и сам попробовал писать стихи, даже книжку выпустил под названием «Северные зори». И хозяйка салона, блистательная Аида, отнеслась к нему благосклонно, но досадная случайность помешала его поэтической карьере.

Нашлись доброжелатели, которые не поленились уведомить Фридерикса-старшего о Колиных успехах в обители муз, даже книжку прислали. И снова папа пришел в ярость. Он излил свой гнев в письме, в котором наотрез отказывался в дальнейшем оплачивать Николашины глупости.

Пришлось заняться репетиторством. И все же Николаша не родился бы бароном, если бы склонил голову и смирился с создавшимся положением. То есть, смириться-то он смирился – а куда ему деваться? Но признаться, что он сам зарабатывает себе на жизнь, было выше его сил. И Николай продолжал поддерживать легенду о разгульном образе жизни, о ресторанах, в один миг оказавшихся ему не по карману, о бесконечных романах.

Иногда он вызывал Степана и с шиком возвращался домой на извозчике.

Идея стать инженером-путейцем возникла с появлением Петра Силина. А почему бы и нет? Столько дорог строят по всей необъятной Российской империи – неужели барону Фридериксу -младшему не найдется места службы? И что тогда скажет отец?

Правда, на лекции он не всегда успевал из-за своего репетиторства, отговариваясь байками о загулах в разных компаниях. Кажется, Петя поверил в ресторан на Каменноостровском…

Глава 8

– Ну, как дела, Николаша? – спросила Марфа Петровна, занося пузатый самовар в комнату.

Она водрузила его на маленький столик, покрытый льняной салфеткой. Хозяйка с подобострастием относилась к титулованному жильцу и по возможности исполняла прихоти последнего. Ну как же. такой воспитанный юноша, а то, что занимается неважно, так это болезни роста: повзрослеет -поймет, что почем в жизни, глядишь, и выучится на какого -нибудь инженера. А пока она хвасталась в кругу ярославских, что у нее квартируют «аристократы».

Николай переписывал конспекты, позаимствованные у Петра. Он отрешенно посмотрел на Марфу Петровну – та расставляла на столике посуду – чашку с блюдцем, сахарницу и сухарницу, в которую высыпала печенье, купленное ею в кондитерской по просьбе жильца.

– С учебой -то как? – переспросила она.

Николай неопределенно махнул рукой, и многоопытная хозяйка решила, что дела плохи.