Пари за гранью бытия

Виталька, ты её сверху-то не пускай! Пусть под тебя ложится, а то мы твоих костей скоро не соберём!

Шурин натянуто улыбнулся. Снова возникла тягостная пауза.

– Ну так что, Степан? – не выдержал Виталий. – Дашь денег?

– Я тебе не Рокфеллер! – грубо отрезал Штырь. – И водку я не за доллары продаю, а за рубли! И выручку всю, до копейки, показываю! И налоги плачу! И зарплату людям не задерживаю! Перебьётесь!

– Стёпа, не кричи, – попыталась успокоить мужа Лена.

– Что захочу, то и буду делать! Я в своём доме! И ты мне рот не затыкай! – оборвал супругу Васильич.

 – Вы все у меня на шее сидите и ещё рот мне затыкаете! Родственнички хреновы!

Со звоном опустив чашку на блюдце, обозлённый Васильич начал остервенело чесаться.

– Мошкара зажрала, блин…

Затем с новой силой накинулся на притихших женщин:

– Какого чёрта стол на улице накрыли?! Комары меня уже до костей обглодали! Ничего толком сделать не можете!

Лена дёрнулась, устремив тревожный взгляд на мать. Егоровна мгновенно подскочила.

– Да мы сейчас всё в дом занесём! Нам не трудно.

Лен, давай быстро стол в доме накроем!

Дочь тоже поднялась, зачем-то принявшись бестолково переставлять чашки.

– Мы, пожалуй, поедем, – засобирался Виталий.

– Да-да, поздно уже, Тёмочка там один, – заспешила вместе с ним Катерина.

– Ага, плачет студент без мамки, – воткнул последнюю шпильку Васильич. – Весь в папку пошёл!

Пропустив обидную фразу мимо ушей, супруги поторопились распрощаться.

– Пирожок-то возьмите Тёмочке! – всполошилась Егоровна.

 – Совсем внука не вижу, хоть стряпню мою поест.

– Мама, Тёма учится, некогда ему тебя навещать, – проворчал Виталий, но гостинец взял. Косясь в сторону охранников, надраивающих на лужайке шестисотый «мерседес», шурин с невесткой покинули негостеприимный дом.

* * *

– Уф-ф! – В салоне автомобиля Катерина обмякла. – Неужели выдержали?

– Мне иногда так хочется ему по роже съездить! – прошипел Виталий с лицом, напрягшимся от едва сдерживаемой злобы.

– Не вздумай! – окоротила его супруга, устраивая свой объёмистый зад на сиденье.

 – Ему твой удар что слону дробина. А вот если он тебе по роже съездит, реанимация обеспечена. А то ещё охранников своих натравит – вообще прибьют! В лесу закопают, и следов не найдёшь. А у тебя семья, между прочим, сын студент!

– Да не бухти ты, сам знаю! – Виталий опустил ручной тормоз. – Унижаться перед ним надоело! Он нам в морду плюёт, а мы улыбаемся.

– И улыбайся! – с нажимом произнесла жена.